— То, как ты заставляешь меня работать сейчас, бессмысленно. Я могу проводить эти опыты до скончания веков. И все равно не разберусь с процессом трансмутации. И должна сказать, что тебе, похоже, на это наплевать. Такое впечатление, что тебя не беспокоит, что мне придется остаться здесь навсегда.
Арчер нервно хихикнул, икнул и скрылся за дверью.
Кингфишер, казалось, не обратил внимания на странное поведение маленького эльфа.
— Конечно, я хочу, чтобы ты осталась. Ты единственный алхимик, который у нас есть, — сказал он. — Будь моя воля, я бы оставил тебя здесь и заставил работать в кузнице, пока ты не умрешь от старости. Но сделка есть сделка. — То, что я не набросилась на него, наблюдая, как он отпивает из своего бокала, стало свидетельством того, что я держала себя в руках. — Просто поразительно, как мало ты веришь в себя. Ты разберешься с этим. Пожалуйста, поешьте что-нибудь, — сказал он, жестом указывая на блюда, которое принесли эльфы.
Кэррион не стал дожидаться приглашения и уже накладывал себе на тарелку маленькие пирожки, жареные овощи и пять разных видов булочек. Рен тоже взял себе кусок хлеба, хотя и не уделил ему особого внимания. Он ковырялся в нем, отрывал кусочек и клал в рот, медленно пережевывая, а его взгляд незаметно перемещался туда-сюда между мной и Кингфишером.
— Я не голодна, — сказала я.
— Ты голодна, — ответил Фишер. — Мы все слышим, как урчит твой живот. Положи в него что-нибудь, чтобы нам не пришлось выслушивать его жалобы в течение следующего часа.
— Ты сказал, что едешь в лагерь на неделю. А тебя не было две.
— Ты скучала по мне?
— Знаешь, мне было неприятно торчать в твоей постели пять дней.
— Как долго ты пробудешь здесь, прежде чем отправишься обратно в лагерь? — спросил Кэррион у Рена, набив рот едой.
Рен вскинул бровь, с трудом оторвав взгляд от меня, чтобы посмотреть на Кэрриона.
— Может, через неделю?
— Я даже думать не хочу о том, какое развратное дерьмо ты творил в этой комнате, — прошипела я.
Смех Фишера наполнил столовую.
— Ты права. Ты не хочешь.
— Тогда я буду выходить во двор каждое утро до рассвета, — сказал Кэррион.
— Конечно. Завтра мы практикуем разоружение… — Рен оторвал еще один кусок хлеба и положил его в рот, бросив на меня косой взгляд. — Тебе бы не помешало немного потренироваться в этом, Саэрис.
Генерал покачал головой, скрывая улыбку. Он потянулся за пирогом и положил его на свою тарелку.
— Не за что. Меня он тоже сводит с ума.
Кингфишер ни разу не отвел от меня взгляда во время этого обмена репликами.
— Проследи, чтобы она использовала тренировочный меч, — сказал он категорично. — С очень тупым острием.