В новом дне, где будильник скрипит как старый велосипед, выходит светлое будущее за углом. Высокие потолки и холодный пол создают атмосферу отчуждения, напоминая о том, что мир вокруг неуклонно меняется. Внутри комнаты — койка из тысячи раз штопаного покрывала и легкая кепка....
— Открыто! — отзываюсь зло. Можно подумать, у меня была возможность запереть дверь изнутри.
Отсутствие кепки разозлило не на шутку.
На пороге уже знакомый мне со вчерашнего дня Питер.
— Привет, — улыбается.
Он. Мне. Улыбается.
— Где моя кепка? — это все, что интересует меня в данный момент.
Пит теряется от моего резкого тона. Удивленно моргает, чешет затылок:"
"— Не знаю, наверно, забрали с остальными вещами.
— Мне. Нужна. Моя. Кепка, — говорю медленно, с расстановкой, чеканя каждое слово, чтобы не пришлось повторять, и до него точно дошла важность требуемого предмета.
— Ну, извини, ничем не могу помочь, — парень тоже начинает злиться. — Я тебе не гардеробщик.
Выдерживаю его взгляд.
— А кто ты? — спрашиваю.
— За этим я и пришел. Сейчас все тебе объяснят.
— И вернете кепку? — тут же пытаюсь поймать на слове.
— Да на кой черт тебе эта кепка? — взрывается Питер.
Силой воли усмиряю рвущийся наружу гнев. Так, ясно, от этого ничего не добьешься.
— Ладно, — решаю, — веди к тому, кто имеет полномочия.
— Полномочия вернуть тебе кепку? — Питер начинает веселиться.
Награждаю его тяжелым взглядом:
— И это тоже, — и, обойдя его по дуге, выхожу в коридор.
***
Мы идем по ярко освещенным коридорам. Кое-где, где коридоры расширяются, стоят диваны и мягкие пуфики, журнальные столики, кувшины с прозрачной — прозрачной! — водой. Но людей нет, все абсолютно пусто, безжизненно и стерильно. Похоже, лишние свидетели моего присутствия здесь никому не нужны.
— Заходи, борец за свободу головных уборов, — усмехается Питер, открывая передо мной одну из безликих дверей.
У кого-то явно хорошее настроение. Одариваю его еще одним злобным взглядом и, принимая приглашение, вхожу.
Это кабинет, большой и светлый благодаря огромному окну во всю стену, из которого открывается прекрасный вид на город. У стены стоит стол, перед ним два мягких кресла. С другой стороны стола сидит вчерашний Блондин. Вид у него тоже благодушный, но мне это хорошего настроения не прибавляет.
— Ну, здравствуй, Кэмерон. Как спалось? — приветствует он.
— Здравствуйте, — отвечаю, сочтя вопрос о сне риторическим.
— Присаживайся, — кивает Блондин на одно из кресел.
— Мне выйти, сэр? — тут же подает голос Питер.
Почему-то не хочу, чтобы он выходил.
Блондин одаривает его оценивающим взглядом, а потом устремляет его на меня.
