В новом дне, где будильник скрипит как старый велосипед, выходит светлое будущее за углом. Высокие потолки и холодный пол создают атмосферу отчуждения, напоминая о том, что мир вокруг неуклонно меняется. Внутри комнаты — койка из тысячи раз штопаного покрывала и легкая кепка....
Поэтому Пит стучит по нему костяшками пальцев, давая сигнал трогаться.
Жизнерадостный вид эсбэшника меня раздражает. Будто бы и не было встречи с Коэном и побоев. Прав был Райан, медицина Верхнего мира творит чудеса.
Отворачиваюсь к окну. Смотрю на пролетающие мимо улицы, людей и транспорт. Со вчерашнего дня они стали мне еще более чужими, чем прежде.
Проезжаем так еще несколько километров, когда стекла затемняются.
— Меры безопасности, — объясняет Питер, хотя никто из нас не задает вопросов. — Мы едем в секретную штаб-квартиру.
Дергаю плечом и упрямо продолжаю пялиться в уже непрозрачное стекло. Плевать. Мне нет дела до местонахождения логова Службы безопасности. Вообще не хочу иметь ничего общего с СБ.
Едем довольно долго. Больше никто не произносит ни слова.
Наконец, не выдерживаю. Поворачиваюсь к Питу. Сверлю его взглядом.
— Сложно было? — спрашиваю прямо.
Точно вижу, в какой момент он понимает, что именно имею в виду. Лицо Питера принимает виноватое выражение:
— Кэм, полковник сейчас все тебе объяснит.
Хмыкаю:
— Где-то я уже это слышал, — и замолкаю.
Райан вообще ничего не говорит. Понял ли он уже то, что стало таким ясным для меня прошлой бессонной ночью?
Машина останавливается. Мы на месте.
Питер выходит первым и придерживает дверцу для нас.
Осматриваюсь. Мрачные безликие здания из серых блоков. Не центр города, это точно. Плевать.
— Пойдемте, — командует Пит. Идет к ближайшему зданию. Открывает дверь.
Оказываемся в крохотном пространстве, тускло освещенном единственной лампочкой в стене.
В какой-то момент Кесседи ровняется со мной.
— Нас поимели, умник, я правильно понимаю? — спрашивает шепотом, чтобы Питер не услышал.
В мозгах Райана у меня не было сомнений.
— Еще как, — отвечаю сквозь зубы.
Когда поднимаемся на нужный этаж, тут светлее. Длинный коридор, освещенный уже несколькими лампочками.
Пит толкает одному ему известную дверь.
Внутри этого помещения светло. Окон также нет, зато на потолке яркая лампочка, а на столе еще и настольная. А за столом… Лицо полковника благодушное. Нас встречает гостеприимная улыбка.
Стол, настольная лампа, мягкие кресла напротив стола, ковер — точная копия кабинета Коннери, в котором состоялся наш первый разговор. Не хватает только окна во всю стену.
