Ася спешит в Москву к больному мужу, но буран заставляет её остановиться в маленьком поселке. На дороге она находит джип с умирающим мужчиной и спасает его жизнь. Между ними вспыхивает чувство, которое грозит разрушить хрупкое равновесие её семейной жизни и поставить перед ней невозможный...
Этот мужчина будил в ней какие-то совершенно невероятные, глубинные чувства, первобытные, как утраченная способность предвидеть и чувствовать истинную природу вещей и событий, ощущения и эмоции, неведомые, не испытанные еще никогда. Ася словно парила и тонула одновременно, а внутри звенел какой-то тонкий восторженный инструмент.
Она откровенно не понимала, что с ней происходит, но не могла оторваться от этого человека, не могла разорвать ту странную нить, что словно соединяла и опутывала их…
Но внезапно, в одну секунду все это буйство ощущений, чувств, эмоций, переполнявших ее, словно гармонизировалось и пришло в одно единое целое, и неожиданно Ася поняла, что все теперь стало правильно, так, как надо.
– Я что-то неосторожно сказал? – кивком головы указав в ту сторону, куда ушел Валюжный, чуть улыбаясь, спросил Василий.
– Это телевидение, – пояснила Ася, открыто улыбаясь ему в ответ. – Его суть есть сенсация, страсти, горячая новость, зрелище, какое бы оно ни было. Один неосторожный подвиг, самоубийственное сумасбродство или идиотизм, и вы герой ток-шоу и скандальных хроник."
"– А горячая новость о героических подвигах Аси Волховской, – понимающе кивнул Василий, продолжив ее мысль, – это сенсация и скандальная хроника одновременно.
– Что-то в этом роде, – улыбнулась она.
– Извините, я настолько далек от всего, что связано с телевидением и его «кухней», я его даже не смотрю, так что совершенно не в теме, кроме одного конкретного аспекта с недавнего времени, – и предложил: – Вы не против посидеть в каком-нибудь кафе и пообщаться?
– Я за, Василий Степанович, – улыбнулась Ася ему в ответ.
– Куда бы вы хотели пойти? Может, у вас есть любимое заведение?
– Есть одно кафе, где весьма неплохо готовят и где можно спокойно посидеть, и нас не будут дергать и дадут возможность спокойно поговорить.
– Дергать? – не понял Василий.
– Там столики отгорожены от общего зала легкими ширмочками, а персонал зорко следит за тем, чтобы посетителям не мешали.
– А-а-а, кажется, я понял, – догадался Ярославцев, о чем она толкует, – у вас просят автографы.
– Это в лучшем и безобидном случае, – усмехнулась Ася.
– Это как-то очень далеко от меня. И, если честно, совсем непонятно, – заметил он и предложил ей свою руку. – Идемте, Ася в ваше кафе, где охраняют приватность известных клиентов.
– Идемте, – согласилась она, беря его под руку.
В кафе они приехали на двух машинах – Ася впереди, показывая дорогу, за ней Василий.
