Помнишь, как ты впервые взялся за руль? Это была как запыльный носок, но смертельная привычка — ездить. Адреналин лез по штатному порядку и хотелось, чтобы завтра пришло побыстрее. Тогда ты верил, что работа руля полна романтики и приключений: свободу и дорогу — всего лишь с тебя и до того места. Но вдруг оказалось, что от истин не так много....
— Да, он привёл меня в этот форт, — честно ответил я.
— Ясно, — кивнул тот и снова уткнулся в экран ноутбука.
«Угу, а вот мне ни хрена не ясно», — подумал я, но вслух ничего не сказал."
"Прошло ещё несколько минут, прежде чем следователь отвлёкся от несомненно более важного занятия и обратил на меня строгий взор. Затем усмехнулся, выудил из кармана портсигар и, нажав крохотную клавишу сбоку, откинул крышку.
Я ожидал, что он сейчас закурит, однако ошибался. Дружинник вытянул из-под зажима небольшую бумажную трубочку, завёрнутую по краям, словно конфета.
Я наблюдал за ним с нескрываемым любопытством. Впрочем, уже догадался, что таким образом он употребил ту самую пыль, о которой рассказывал Узкий.
Ответ не заставил себя долго ждать. На мою голову просто каскадом обрушились чужие мысли. Я будто в один миг спрыгнул с ума, а следователь продолжал молча сверлить меня тяжёлым взглядом. И чем дольше он на меня смотрел, тем глубже проникал мне в мозги, заставляя чувствовать страх, тревогу, какую-то предсмертную тоску.
— Лапшу ты убил? — Его голос прозвучал, словно из-под подушки.
— Нет, — не задумываясь, ответил я.
— А Дрына с Сутулым? — добавил он.
— Кто это? — осоловевшим голосом переспросил я.
— Узкий где?
— В «Берлоге», наверное, — пожав плечами, ответил я. — Не знаю.
— Это он Лапшу замочил?
— Не знаю.
— Что там за тёрки у них были?
— Узкий Лапше денег должен, три сотни камней.
— Дебил, мать его… — выругался следователь, и меня вдруг отпустило. — Ладно, свободен.
— Это всё? — Я удивлённо уставился на дружинника.
— Тебе мало? Могу ещё пару часов в обезьяннике подержать.
— Спасибо, мне достаточно, — вежливо отказался я. — Ну, я пошёл?
— Ты тупой, что ли⁈ — раздражённо буркнул он. — Свободен.
Больше его терпение я испытывать не стал и пулей выскочил за дверь. Прошёл по коридору до будки дежурного, который, уткнувшись в книгу, держал между пальцами мои новые документы.
