Старуха в грязном халате и ботинках очищает тряпкой мокрые ступеньки подъезда, где кровавая жижь непрерывно набирает объем. Её крик "Ироды" гремит в тихом подъезде, передавая зловещую атмосферу гротескового безобразия и непреодолимой необходимости борьбы за чистоту.
Крепыш получил пулю между шейных позвонков и, чуть не обдав Сливу фонтаном крови, хлынувшей изо рта, рухнул на бок. С грохотом покатилась по полу гантеля.
Истеричный визг проститутки Крот прекратил одним выстрелом, всадив ей пулю прямо в рот.
Поднимая Сливу за грудки, Крот выкрикнул:
– Ты че?!
– Да скользко тут, поскользнулся я… – замотал головой Слива. – Они мокрые все…
– Заткнись! Пошли.
Самсону все-таки не повезло. Кудрявый, которого он хотел убить первым, все еще оставался в живых. Предназначенные для него пули приняла на себя проститутка, сидевшая на нем верхом.
"Уже рухнули под стол четыре трупа. Уже ворвавшийся следом за Самсоном Мельник расстрелял Афгана и его пышную партнершу, уже Самсон перезарядил пистолет, а Кудрявый с залитой чужой кровью лысиной все еще дергался на диванчике.
– Ах ты, Самсон!.. Сука!.. – неожиданно заверещал он. – Ты же с нами! Я же тебе бабки пла… плачу…
Подскочив к дивану, Самсон схватил труп, которым прикрывался Кудряш, за волосы и потащил к себе.
Кудрявый вцепился в тело мертвой проститутки как клещ и издал жуткий, истошный вопль:
– А-а-а!..
Выстрел в ухо оборвал и этот крик, и саму жизнь Кудрявого.
Брезгливо отряхивая руку, Самсон отступил на шаг… И вдруг оглянулся.
– Кинь волыну, Самсон, – Мельник стоял, направив ствол пистолета в голову Самсона, – и не дергайся, а то душу выбью.
Самсон по глазам подельника увидел, что выбора у него нет. Одно лишнее движение – и ему хана.
Он бросил пистолет на пол. Подбежавшие сзади Крот и Слива недоуменно застыли.
– Ты че, Мельник?
– Подбери игрушку.
Крот поднял пистолет, а Мельник спросил:
– Из фокинских кто живой остался?
– Всех покромсали. А ты чего Самсона на прицеле держишь?
– Хочу послушать его байки. Давай, вяжи его полотенцами и волоки в тачку! Уходим!..
Крот потащил Самсона, которому Слива скрутил руки за спиной полотенцем, наверх по лестнице. Мельник достал из кармана гранату, выдернул зубами чеку и, выйдя из гостиной, бросил туда лимонку.
Оглушительный взрыв прозвучал в тот момент, когда Мельник бежал вверх по лестнице.
Умолкла музыка, погас свет, только с шумом лилась вода в душевой.
Глава 27
– Он по таким делам сам не ездит, – сказал, неуютно ежась под свинцовым взглядом Груднева, Борис Неупокоев. – За деньгами обычно приезжает его телохранитель. Князь был в этом кабинете только один раз, в самом начале. Поверьте, я ничего не могу сделать.
