Старуха в грязном халате и ботинках очищает тряпкой мокрые ступеньки подъезда, где кровавая жижь непрерывно набирает объем. Её крик "Ироды" гремит в тихом подъезде, передавая зловещую атмосферу гротескового безобразия и непреодолимой необходимости борьбы за чистоту.
Константин понял, что незаметно пробраться на свадьбу не удастся.
Вылезти из машины сейчас, всего за несколько десятков метров от охранников Хожахмета – это провалить все дело, так и не добравшись до Матукаева. Попасться на глаза Курбану, значит, тут же вызвать подозрение – с какой целью хотят попасть на свадьбу незнакомые русские?
Панфилов нервно кусал губы: надо принимать решение – не больше минуты.
Секунд через сорок он решился. Повернувшись к Мельнику, тихо шепнул ему:
– Когда я выйду, выбрось из машины этого горного козла с кинжалом…
Мельник молча кивнул.
– Сережа, – повернулся Панфилов в другую сторону. – Подстрахуешь.
Их машина дернулась и вплотную подъехала к воротам виноградника. Водитель в черном бешмете взялся за ручку дверцы, но его придавила к сиденью ладонь Мельника.
– Э! В чем дело? – возмутился дагестанец.
– Куда ж ты вперед старших? – сказал ему Мельник, показывая ствол пистолета. – Сиди спокойно.
Панфилов открыл дверцу и, не выходя из машины, закричал:
– Курбан! Сколько лет, сколько зим! Ты ли это? Вот уж не думал, что приеду поздравить тебя со свадьбой дочери твоего брата!
Курбан слегка прищурил стариковские глаза, сделал шаг к машине.
– Здравствуй, джан… – сказал неуверенно. – Иван, да? Прасти, дарагой, савсэм глаза плохой стали, не узнаю…
– Не беда, Курбан! – воскликнул Константин. – Сейчас еще раз познакомимся.
Выйдя наполовину из машины, Константин схватил старика за ворот праздничного халата и, дернув на себя, вновь упал на сиденье.
Рука Мельника уже давно лежала на ручке дверцы сидящего перед ним водителя.
В то же мгновение Мельник распахнул дверцу и легко выбросил молодого дагестанца из его машины.
– Держи старика, Мельник! – крикнул Панфилов, хватаясь за руль и нажимая на газ, еще не успев перебраться на место водителя.
Мельник ухватил старика за ворот халата, не давая ему вывалиться из машины.
Сергей, не снимая кольца с «лимонки», с криком «Ложись!», бросил ее под ноги охранникам. Те попрыгали кто куда, как молодые джейраны.
– Э! Джан! Зачэм так? – бормотал Курбан, подбирая торчащие наружу ноги.
– Слушай, Курбан! Времени у нас на разговоры нет! – быстро сказал Панфилов, гоня машину в глубь виноградника по единственной дороге. – Нам нужен отец жениха. Покажешь нам его, больше мы никого не тронем. Слово даю.
– Зачэм так гаваришь? – сказал Курбан, понявший наконец, что эти трое русских приехали на свадьбу незваными гостями. – Зачэм праздник портишь?
– Праздник, говоришь? – переспросил Панфилов.
