Русские своих не бросают — читать онлайн бесплатно полностью

– И надолго приехали?

– Я до августа, в сентябре у меня занятия начинаются, – ответил я.

– А я – пока не надоем.

– Понятно, – ответил пожилой. – Тогда давайте ко мне. Зовут меня Мирошниченко Николай Иванович, подполковник запаса. Позывной «Старик».

Кем он был раньше, никто точно не знал, но то, что он как-то был связан со спецслужбами, подозревали многие. Рассказывали, что он вернулся в родной Иловайск за два года до известных нам событий, а до того служил в России.

Работы по ВУС пока еще не было, Вася занялся прослушкой радиообмена «укропов», а меня взяли связистом в небольшой отряд. И когда нам однажды не подвезли харчей, ребята пошли и наловили рыбы в соседнем пруду. А мне, как самому молодому, поручили сварить уху. Я развел костер, повесил над ним котел с рыбой, кинул туда несколько картофелин и какую-то траву, собранную теми, кто в ней, как мы надеялись, разбирался. И тут, прямо по Высоцкому, «глядь, симпатичные ноги с гордой идут головой». Только симпатичным там было все – прекрасней девушки представить себе было трудно.

Вот чего-чего, а женский пол я люблю, да и внешностью меня Бог не обидел, так что девушкам я нравился, и найти себе подружку, чтобы повеселиться с ней денек-другой, для меня никогда не было проблемой. А потом я деликатно, но четко давал понять, что «между нами все порвато и тропинка затоптата». Пару раз я получал от дам по мордасам, два или три раза моя рожа оказывалась оцарапана, а уж разными нехорошими эпитетами меня награждали столь часто… Я, кстати, от девушек никогда не защищался, разве что бегством – то, что женщин бить нельзя, в меня в детстве вдолбили родители.

Ну, подхожу я к ней, вежливо представляюсь: мол, привет, я Федя, а вас как величать? Оказалось, она одесситка, звать ее Соня, учится медицине в ДонНУ, а ныне служит в нашей медсанчасти. Мы с ней разговорились, и я поплыл – никогда мне еще девушка так сильно не нравилась. И вдруг Соня повела носом и говорит не в такт:

– Слушай, а у тебя там ничего не горит?

Оказалось, что вся вода уже выкипела, и мы еле-еле спасли то, что было в котелке. А Соня каким-то образом сумела сделать из подгоревшей рыбы и картошки действительно вкусную уху. В это время, как назло, проходил Старик, приехавший зачем-то в нашу часть. Посмотрел он на все это, усмехнулся и только головой покачал:

– Эх, мо́лодежь… Чтоб уха сгорела – талант нужо́н.

И отчалил, чуть подмигнув мне на прощание. Как ни странно, дальше поцелуев дело между мною и Соней не дошло, ни в тот первый день, ни в последующие наши встречи. Какое-то время мы с ней виделись почти ежедневно, ведь войны толком еще не было.

А потом начались тяжелые бои. Мы отходили все дальше вглубь Донбасса, виделись все реже – то, что Старик гордо именовал «медсанбатом», было всегда в тылу.