– Николай Иванович, оставьте меня в отряде! – воскликнул я.
– Нет, Федя… И не проси. А словечко за тебя я замолвлю кое-кому из моих старых знакомых. Хороший ты мужик. И, даст Бог, еще свидимся. Вот только отдохни от войны.
Да, подумал я после слов капитана Васильева, не увижу я больше ни «Старика», ни Васю, да и других боевых товарищей тоже. И что самое страшное, никогда больше на этом свете не увижу Соню, не услышу ее смех, не коснусь губами ее шелковистой кожи… В моих воспоминаниях она была живой, гордой, прекрасной…
Тут Васильев заговорил опять, и я вернулся из будущего в настоящее:
– Зовите меня просто Федей, товарищ капитан.
– Хорошо, Федя. Слышал я, что ты просишься в Крым?
– Так точно, товарищ капитан. У меня есть боевой опыт.
– Знаю, и то, что боевая награда у тебя есть. Но у меня к тебе другое предложение. Такое, которое принесет намного больше пользы, чем на фронт. Кстати, зови меня Женей, и можешь тоже на «ты». Я ведь по возрасту ненамного старше тебя.
– Так вот. Есть тут одна особа, с которой неплохо бы тебе завести шуры-муры. Не для удовольствия, а для дела. Расскажу тебе все более подробно, если ты дашь принципиальное согласие.
«Значит, он из меня мачо хочет сделать», – подумал я.
– Жень, мне как-то не особо хочется быть жиголо.
– Понимаю тебя, но кому-то надо и с врагами внутренними бороться. Не бойся, на тебя она точно клюнет. Кстати, ты же вроде блогером был и редактором газеты твоего курса?
– Было такое. А к чему все это?
– Хорошо, слушай. Есть тут одна дама в «Голосе эскадры», которая, скажем так, хочет сдать нас всех с потрохами британцам и французам.
– И я должен буду выяснить у нее, кому конкретно. И за какую сумму. Правильно я тебя понял?
– А вот и нет. Хотя, конечно, любая информация, полученная от нее, будет приветствоваться. Но ее не нужно расспрашивать ни в коем случае – будешь играть этакого тупого самца. Ну, и в порыве страсти разбалтывать ей то, что ты якобы услышал в кулуарах… Кстати, еще один момент. Дама выросла в России, но с корнями с Западной Украины. И свидомая до безобразия, хоть она это особо и не афиширует.
Как пел Высоцкий, «этим доводом Мишка убедил меня, гад» – после Донбасса свидомитов я люто ненавидел.
Дальнейшее было делом техники. Юрий Иванович Черников объявил конкурс для курсантов, желающих сотрудничать с «Голосом эскадры». И, прочитав кое-какие мои статьи, пригласил меня на собеседование, после чего последовало предложение места – репортера в Зимнем. Подозреваю, что Женя Васильев намекнул ему о моей скромной особе.
После совещания в Зимний я отправился на одном катере с Лизой. И по тому, как она почти сразу, якобы случайно, прижалась ко мне грудью, я понял, что кастинг прошел, но не стал торопить события. А среди ночи вдруг раздался стук в дверь.