Андрюха дышал все так же неровно, с сиплыми присвистами, но всхлипывать перестал. Рот он во сне широко открыл, при каждом вздохе худенькие ребра мучительно вздрагивали. Жара, кажется, не было. Якуба это обнадежило — все ж парень молодой, может, и сам справится. Если завтра они сумеют отсюда выбраться, все будет хорошо. «Я должен найти выход, я обязательно выйду и вытащу его», — внушал себе Якуб. Фонарик он выключил: свет тоже надо беречь.
Ему не спалось, одолевали воспоминания. Как, в сущности, странно все, что произошло с ним. Может ли быть, чтобы фатум, который всегда вел его, — он верил в фатум! — направил его именно сюда, в этот город, в это подземелье?
Якуб другими глазами увидел свою жизнь в последние месяцы. Как улетел в Россию из Лос-Анджелеса, а еще раньше как шел мимо вокзала в Сиэтле и вдруг понял: надо ехать в Смоленск, это единственное, что спасет. Как искал в Интернете сведения о судьбе Кущинских, о Маше Макаровой, Алексее Евлампиеве… Конечно, идея поехать в Смоленск и найти сокровища прапрапрадеда пришла неожиданно, от отчаяния. Хотя историю Адама Заславского, участника наполеоновского похода, он знал еще ребенком.
Семья, в которой вырос Якуб, в далекие уже 1970-е, годы его детства и юности, жила в Варшаве. Отец Якуба преподавал математику в университете, мать была научным сотрудником в НИИ. Что происхождение отца непростое, мальчик знал с детства. Отец и дед рассказывали о древнем роде благородных рыцарей Заславских-Кущинских. «Когда-то род был большим, теперь связи утеряны, сохранилась только наша семья, — говорил отец. — Хотя почему только? В России, может, еще живы представители нашего рода. Только связь с ними потеряна очень давно, с XIX века».
Особенно нравилась Якубу история наполеоновского офицера Адама Заславского, которую любил рассказывать дед. Произошла она в давние времена, в начале XIX столетия. Конечно, ни отец, ни дед Якуба этого далекого предка видеть не могли. Однако дед часто с сожалением вспоминал о записках Адама, сгоревших вместе с квартирой Заславских во время последней войны. До войны дед эти записки перечитывал неоднократно. До самой смерти в 1978 году он хорошо их помнил, а некоторые страницы цитировал почти наизусть.
Для Якуба это были захватывающие приключения вроде приключений рыцаря Айвенго. Адам Заславский всю Европу прошел с Великой армией, всегда вел себя как храбрый воин, а в Смоленске даже спрятал клад, и чрезвычайно хитроумно.
— Конечно, этого клада давно не существует, — добавлял дед со вздохом.
