В холодном осеннем городе Москва в луже скатываешься и сразу понимаешь, как жестоко природа может перебросить жизнь. Заглянув в магазин, ты выбираешь модные валенки, но забыла об угрожающем заливном состоянии тротуаров. Веселый сюжет с элементами юмора и доброй доли неприятностей витает вокруг героини этой истории....
Поверьте, Люба пришла сюда в крайнем испуге. Она не понимала, что происходит.
– И что вы ей посоветовали? – хмыкнула я.
– Психотерапевт не должен давать советов, – поморщился Медов. – Ваш вопрос снова свидетельствует о профессиональной неподготовленности.
– Ладно, забудем про сеансы, – рассердилась я. – Неужели, как друг, вы не помогли Добровой!
– Я ей не друг, – отрезал Олег Евгеньевич. – Предложил ей пройти курс, потому что понял – Любе не очень-то хорошо.
Я не смогла сдержать ехидства:
– Христианский поступок, в особенности если учесть, что у Добровой тяжело больна девочка и в семье нет лишних денег на оплату дорогого психотерапевта.
Олег Евгеньевич развел руками:
– Нельзя якшаться с пациентом. И я как раз думал о несчастной Надюше. Люба не хотела сдавать костный мозг для девочки, мотивация была интересная: ее дурная кровь погубит Надю, малышка станет такой же, как ее мать, будет мучиться от своего характера.
– Странно, что подобные мысли не помешали ей пойти на операцию ради Сережи, – сказала я.
Медов поерзал в кресле.
– Я задал ей тот же вопрос и получил ответ: «Сергей мальчик, на него костный мозг матери не может пагубно повлиять. А вот девочка непременно станет несчастной. Лучше Наде сейчас умереть, чем мучиться потом, как мне». Это ее точные слова.
– Бред! – фыркнула я.
– Согласен, – кивнул Олег Евгеньевич, – и мне показалось, что этот бред ей кто-то вкладывает в голову. Слова «дурная кровь» были ей не свойственны, рассуждения о генетике тоже. Я ее спросил: «Любочка, где ты нахваталась этих сведений?» А она ответила…
Резкий звонок телефона заставил меня вздрогнуть.
"– Слушаю! Очень рад. Как дела? Сейчас? Прямо сию секунду? Так срочно? Ну… право… Я не готов! Ладно, ладно, хорошо, когда вы приедете? Ага! Понял.
Олег Евгеньевич положил телефон на стол.
– Татьяна, с одной из моих прежних клиенток случился форс-мажор. Она лечилась от любовной зависимости, пыталась побороть тягу к человеку, которого обожала чуть ли не с детства.
– Нет, – решительно заявила я. – И Чубуков останется недоволен, если вы сейчас выгоните меня.
Медов сложил ладони домиком:
– Продолжу беседу с вами, ну, допустим, часа через два. Здесь неподалеку есть большой торговый центр, не желаете туда прогуляться?
– Ваша клиентка не может приехать позднее? – уперлась я.
