В зловещей атмосфере XVII века, басмачи и дехкане выйдя на улицу, обсуждают будущее за решеткой. Василий Ясный смотрит в свой подлесок, как бы скрыть горечь и надежду. Быстро меняется повествование к темнеющему дню, когда мощные розовые лучи загораются на гладком стекле окна НКВД — охотника за безграждаными людьми....
Также за вами производство снарядов. Есть какие-то вопросы?
— Появятся, — заверил Родионов.
— Будем решать в рабочем порядке, — сказал Берия.
На обратной дороге Родионов и Ясный обсуждали, какие первоочередные меры предпринять. Следовало резко, в разы, нарастить производство. От этого во многом зависела судьба страны. Армия должна бесперебойно снабжаться техникой и боеприпасами.
— А ведь немцы нам спать спокойно не дадут, — сказал Родионов.
— Будем ждать бомбардировщиков и диверсантов, — кивнул Ясный.
Ждать долго не пришлось.
Низко над лесом прошли три немецких самолета. И с каждого что-то сбросили на парашюте. Уже позже выяснилось, что первые два скинули обманки, а третий — диверсионную группу.
Ухищрения не помогли, и вскоре трое диверсантов были во внутренней тюрьме областного управления.
Когда Ясному завели в кабинет главаря диверсантов, на допрос приехал Родионов.
Диверсант был из попавших в окружение советских солдат, которого в абвере подтянули на сотрудничество и наспех подготовили к заброске.
— Мне было дано задание провести разведку промышленных объектов. Задания на проведение диверсий не было. Не было на диверсии задания… Не было…
Немцы пристально приглядывались к городу Горькому. И следовало ожидать в ближайшее время сокрушительных ударов…
Глава 14
Отстоять Москву
— Они же просто сбежали! — слушал Ясный в трубке телефона правительственной связи рокочущий голос Щербакова.
Для того чтобы в потоке беженцев, прибывших в город, отыскать беглых секретарей райкомов, оперативникам много времени не понадобилось. Этих трусов Василий приказал посадить в самолет и отправить в Москву. Там Щербаков устроил им разнос и снял с работы, поставив на их места сотрудников НКВД — можно быть уверенными, что эти уж не сбегут и будут биться до последнего вздоха.
Пришел страшный октябрь 1941 года. По Москве в середине месяца поползли слухи, что немцы уже у города и Сталин сбежал. Началось повальное бегство из столицы. Вспыхнула паника, переросшая в массовые беспорядки — погромы магазинов и складов. Ситуацию усугубляли паникеры, мародеры и немецкие агенты. Последних в городе было полно, и при приближении вермахта действовали они все более нагло.
