В зловещей атмосфере XVII века, басмачи и дехкане выйдя на улицу, обсуждают будущее за решеткой. Василий Ясный смотрит в свой подлесок, как бы скрыть горечь и надежду. Быстро меняется повествование к темнеющему дню, когда мощные розовые лучи загораются на гладком стекле окна НКВД — охотника за безграждаными людьми....
Родионов и Ясный начали названивать Берии и Щербакову со словами: «Эвакуировать заводы нельзя, это будет катастрофа!»
Но никто ничего не мог сказать внятного. Москва висела на волоске. Если, упаси господи, сдадут столицу, немцы двинут на Горький.
Родионов махнул рукой и сказал: «Не быть им здесь». После чего в Доме культуры созвал собрание областного партактива. Люди выступали горячо, искренне, и мысль звучала одна:
— Эвакуация невозможна! Погибнем, но город немцу не сдадим!
Горький был определен как следующий важный рубеж обороны в случае сдачи столицы.
Ясный и его сотрудники жили в режиме величайшего напряжения всех сил. Главным было обеспечить рост промышленного производства и строительства. Оперативники НКВД становились специалистами-хозяйственниками, способными решать все вопросы с неотвратимой эффективностью.
Общими усилиями заработало управление аэродромного строительства УНКВД области, которому передали строительный батальон под командованием Раппорта. И вскоре Ясный и Родионов принимали готовые под ключ два новых военных аэродрома."
"На Ясного возложили строительство запасного бункера Ставки. Для этого в Горький прибыли со своей техникой рабочие Метростроя. Руководили строительством начальник Метростроя Михаил Самодуров и его заместители Леонид Поляков, Николай Данелия, чей сын через долгие годы станет великим кинорежиссером.
На подведомственных Ясному предприятиях удалось многократно увеличить производство. Недостроенные перед войной заводы достраивались. Работали люди круглосуточно. Недостатка в квалифицированных рабочих и инженерах не было. В качестве разнорабочих и подсобников привлекли служащих из контор.
За все время пребывания в должности начальника УНКВД Ясный не привлек к уголовной ответственности ни одного человека за халатность или саботаж на производстве. Было невиданное сплочение людей. Рабочие падали от истощения около станков. Приходили в себя и опять вставали за станки. Они готовы были умереть на работе, зная, что их родные сейчас держат оборону, мерзнут в снегах, кидаются под танки.
Правда, были мелкие нарушители, пьяницы, куда без них.
