Автор
В глубоких шатровых замках время медленно тянулось, когда из темных ходов донеслись слабые женские всхлипы. В ушах рыцаря резко раздался женский голос — он начал несется как невесть откуда взявшийся ветер по пустым коридорам. Этот голос просил помощи, но что именно — рыцарь не знал. Книга о страхе и надежде, где каждая страница открывает новые тайны за темной дверью замка....
С меня хватит этого отпуска, я больше не в состоянии это выдерживать! Еще одни такие сутки, и кому-нибудь придется гравировать эпитафию на моем собственном надгробии!
— Разумеется, моя жизнь и смерть для вас — лишь объект для насмешек, но для меня-то самого это не так! — сказал Николас.
— Но ведь вы же не умерли — вы здесь и живы! — воскликнула Дуглесс.
— Нет, сударыня, — откликнулся он, глядя на могилу, — я там! Дуглесс раздраженно махнула рукой: ей бы следовало уйти или, быть может, закричать, позвать на помощь, но она почему-то не могла этого сделать! И потом, он ведь так добр к ней и всерьез верит в то, что явился из другого времени.
— Ну, так что же вы надумали? — мягко осведомилась она.
— Я помогу отыскать вашего любовника, но взамен вы должны помочь мне уяснить причину, по которой я оказался здесь.
— Но как же вы поможете мне найти Роберта?
— Я могу вас кормить, одевать и предоставлять вам кров, пока он не отыщется.
— Ага, понятно! А как насчет «теней» для глаз. ими тоже снабдите? Ладно, я просто шучу! Хорошо, предположим, «мы с вами» отыщем Роберта. А чего вы ожидаете от меня, чем я могу помочь в поисках этого вашего… хм, пути назад?!
— Прошлой ночью вы сообщили мне кое-что относительно Роберта Дадли и королевы Елизаветы — похоже, вам известно, с кем ей предстоит сочетаться браком?
— Она ни с кем не сочеталась браком.
— Чепуха! Такого не может быть: ни одной из женщин никогда не позволялось править страной единолично!
— Однако она не только управляет единолично, но и чертовски много делает для страны, точнее — делала! И Англию она превратила в господствующую во всей Европе державу!
— Неужто так?
— Вам необязательно верить мне, это ведь — история! — сказала Дуглесс.
Он призадумался, потом проговорил:
— Да, конечно, история. Но ведь все, что происходило в истории, наверное, где-нибудь да записано, верно?
— А, теперь понятно! — улыбнулась Дуглесс.
