Автор
Сердце бьется чаще при каждой мысли о том, как этот плотный инстинкт продолжит манипулировать и контролировать меня. Внутреннее сопротивление исчезает, когда твердый хвост входит во мне глубоко, не позволяя даже дышать. Атмосфера СИ-стиles эта книга навевает нежность и мрачную силу одновременно — жестокий инцест рушит все стандарты любви и принятия, но вызывает невероятно яркие эмоции....
Глава шестнадцатая
Внутренний будильник у меня работает безотказно. Сказывается длительная привычка вставать очень рано.
Хочется потянуться, но рука придавлена чем-то тяжелым.
Мгновенно накатывают воспоминания о вчерашнем дне.
Вчера я обещала себе обо всем подумать сегодня, но, пожалуй, я к этому не готова. Да и времени нет.
Осторожно выбираюсь из-под согревавшего меня тела, подбираю свои вещи и крадусь на кухню. У раковины смываю с живота засохшую за ночь сперму и при свете тусклой лампочки вытяжки над плитой быстро одеваюсь.
Подключаю телефон к заряднику, вызываю такси и допиваю остывший чай из чашки. Чайник ставить не рискую. Неуемный товарищ может проснуться и, если ему придет в голову идея продолжить начатое вчера, я опоздаю везде.
Поработала, блин.
Вот так вот гнаться за подработкой. И в следующий раз стоит хорошенько подумать, прежде чем соглашаться кому-нибудь помочь.
Держись, теть Тонь.
У нас будет серьезный разговор.
Когда назначенное такси маячит на карте в пяти минутах от коттеджа, я на цыпочках перебираюсь в прихожую и даже там одеваюсь, стараясь не шуршать.
Малодушно загоняю на дно мысль попрощаться с «гостеприимным» хозяином.
Нет уж. И продолжений никаких не надо. Ни к чему это не приведет. Что бы он там ни говорил, а вряд ли мужчина будет рассматривать возможность серьезных отношений после того, как девица ему дала даже без первого свидания. Роль же девочки для секса меня не прельщает. И вообще. Я же о нем ничего не знаю. Может, он маньяк.
Не может, а точно.
Правда, не врет.
Обещал трахнуть, и трахнул.
Обещал, что мне понравится, и мне понравилось.
А еще он угрожал вскрыть попку, поэтому собираем сопли в кулак, застегиваем куртку и чешем за ворота.
Входную дверь так и оставляю незапертой как была, а ворота запираю ключом. Скрежет бородки в замочной скважине кажется мне оглушительным.
Четыре метра до машины после вчерашней метели и непрекращающегося сексмарафона даются мне непросто.
В свете фар такси чистый снег искрится, он хрупает под сапогами и хочется в него рухнуть и делать снежного ангела, настолько глубоки сугробы.
Да уж, не зря вчера Демьяну показалась бредовой идея топать в метель на автобус. Окинув взглядом все вокруг на прощанье, я понимаю, что ни за что не нашла бы дорогу назад. Все замело, ни следов, ни лыжни, ни тропинки.
Вдохнув напоследок чистого воздуха, я ныряю в теплое нутро салона и умудряюсь доспать там еще немного.
Зачет поставили на одиннадцать.
