В одиночной реанимационной палате царила тихая атмосфера: холодные светильники и мониторы создавали мягкий полумрак. Здесь я лежала, словно в оазисе после нестерпимой жары ужаса. Всё вокруг казалось чужим и незнакомым — даже пространство для отдыха было застелено медицинскими одеяниями. Что я здесь делаю? Чем эта палата связана с моей неясной прошлой жизнью, о которой я всё ещё не могу вспомнить?...
— А не вспомнит, так по новой прочувствует всю силу нашей дружбы, — с усмешкой добавила сидящая с ней рядом темноволосая красавица. Тотчас зазвучали насмешки и хохот одноклассников.
М-да, тот еще гадюшник. Чувствую, учеба предстоит «веселая».
Не отреагировав на происходящее, Ольга Павловна спокойно предложила:
— Садись, Яра, на свое место.
Класс замер в предвкушении моих действий. Все желали насладиться моим унижением.
Не дождетесь!
Посмотрев прямо в глаза классной, я усмехнулась.
— Вы очень отзывчивый человек, Ольга Павловна.
Помедлив пару секунд, педагог сухо ответила:
— Четвертый ряд, последняя парта.
Кто бы сомневался, что сижу в самом дальнем углу и в одиночестве.
Улыбнувшись наблюдающей за мной женщине, спокойно пошла к своему месту, не реагируя на язвительные шепотки. Краем глаза отметила лежащие на столах одноклассников учебники химии.
Мысленно поблагодарила тетю за предусмотрительность: та побеспокоилась даже узнать расписание, не пришлось тащить все книги.
Что-то сказав той на прощание, Ольга Павловна вышла из кабинета.
— Поздравляю всех с началом нового учебного года, — хорошо поставленным голосом проговорила химичка. — Программа по химии сложная. Прошу отнестись к учебе с полной ответственностью, иначе экзамены не сдадите, — пробежали недоверчивые шепотки, послышались смешки.
К удивлению, педагог оказалась настоящим профессионалом.
За первую короткую перемену к моей парте никто не подошел. Одноклассники энергично шуршали страницами учебников: готовились к опросу. Правда, взгляды на себе я чувствовала беспрестанно. Но старательно не обращала внимания.
