В доме шестерых, где четыре мальчика и две девочки разносят веселье, любовь становится загадкой. Здесь нет тихого уюта — лишь постоянный шум и движение. Этот описательный мир жив и наполнен глубокими человеческими отношениями.
— Так будет лучше для всех, — в который раз повторила я свою мантру.
— Ты в это веришь?
Отвечать не стала, лишь накрыла глаза ладонью, но вовремя вспомнила о макияже.
— Вы восемь лет встречались, — проявила непривычную для себя настойчивость мама. — Такие чувства вряд ли бесследно проходят."
"— А чувства и не проходили, — психанула я, едва сдерживая слёзы, — по крайней мере, с моей стороны. Но, мам, я не знаю… не знаю, как планировать свою жизнь с ним дальше. Это так сложно.
Ма подошла ко мне вплотную и… обняла, прижав к своей груди.
— Просто ты слишком скора на расправу, в том числе и по отношению к самой себе.
— Знаю, — всхлипнула я. — Но…
Что именно «но», я так и не придумала: со двора вовремя донёсся гудок автомобиля — Денис приехал.
— Пойду, — отстраняясь, пробормотала себе под нос и потянулась за клатчем, специально купленным по такому «важному» поводу.
Уже в коридоре ма трагично заметила:
— А Рому всё равно жалко.
— Он же тебе никогда не нравился.
— Кто сказал?
— Ну… ты всегда старалась его стороной обходить.
Лариса Игоревна на мгновение погрустнела, я даже испугаться успела, что опять ляпнула что-то не то, но мама вдруг улыбнулась:
— Просто ваши чувства напоминали мне о Толе, о том, чего не случилось, а это… до сих пор непросто.
***
Мы уже битых десять минут стояли в пробке. Я нервно отбивала чечётку своими каблуками, зато Белов оставался спокоен и радостен.
— Да не нервничай ты так, успеем.
— Я не нервничаю.
— Ага, а трясёт тебя от нечего делать.
Крыть было нечем.
— Сонь, — Денис выдержал длительную паузу, — я не хочу, чтобы ты себя насиловала.
— Всё в порядке.
— Да, вот только на тебе лица нет.
— ВСЁ в порядке.
***
Не знаю, кого я пыталась обмануть, но от себя убежать не получилось. Понимание этого пришло в туалете ЗАГСа, когда на нервной почве меня пару раз стошнило в унитаз.
— Романтика, — едва разогнувшись, сообщила я неведомо кому.
— Да ладно вам, — вдруг вклинилась женщина, выходящая из соседней кабинки. — Сейчас каждая третья беременной замуж выходит.
— Я не беременна, — зло прошипела я и пошла приводить себя в порядок.
Денис во все глаза уставился на моё бескровное лицо.
— Хреново выглядишь.
— Это самый лучший комплимент в моей жизни, — оскалилась я.
— Да, вот только дела это не меняет. У тебя «Всё плохо» жирным шрифтом на лбу написано.
