Автор
В темном коридоре раздается гневный шёпот, охрипший от непривычного куража. Мама суетится, стараясь успокоить отца. Вслед за ними — тяжелые шаги, предвкушая мстительную жестокость. Алёна тревожно думает о том, что может выдержать столь неразумный приказ. Это Сахар на обветренных губах — напряжение в самой нежной из областей жизни....
— Какое дело? — поинтересовался Костя. Похоже, он тоже больше спать не собирается.
— Хочу поговорить с мамой насчёт Кати. И желательно с утра, пока она ещё трезвая.
Я достала из шкафа бельё, джинсы, топ и толстовку. Снова убежала в ванную, где переоделась. Когда вышла, увидела, что Костя тоже уже одет.
— А ты… чего?
— Отвезу тебя, да съезжу к малому. Посмотрю, не спалил ли он мне квартиру.
— Думаешь, он может?
— Ну, насчёт, спалить я, может, погорячился, но заблевать точно мог, если продолжил бухать.
Костя подвёз меня к дому, в котором прошла худшая часть моей жизни.
— Подняться с тобой? — предложил он, скептически разглядывая старый пошарпанный бетонный дом.
— Зачем?
— Мало ли…
— Я справлюсь. Если что, позвоню тебе.
— Ну, смотри, — было видно, что Костя не хотел меня отпускать и оставлять одну. Наверное, немалыми внутренними усилиями он убедил себя, что некоторые конфликты должна решать я сама.
— Ну, ладно. Я пойду, — я взялась за ручку двери, чтобы решительно выйти из машины.
— А что-то типа поцелуйчика на прощание будет? — протянул Костя словно между делом.
Хохотнув, я подалась к нему и с удовольствием поцеловала первая. На несколько секунд растеклась сладким сиропом, но снова взяла себя в руки, когда отстранилась.
— Звони и пиши, если что, — строго припечатал Костя. — На рожон не лезь.
— Я знаю, — чмокнув его по-быстрому в губы, я вышла из машины и пошла к подъезду, дверь в который мне открыла одна из соседок, узнавшая меня.
Запах кошачьей мочи и чьего-то завтрака заполнил нос, пока я поднималась на знакомый мне этаж.
Так как ключей у меня не было, я позвонила в дверь. Тут же включила запись видео на телефоне и скрестила руки на груди так, чтобы камера смотрела передо мной, а мама не поняла, что я её снимаю.
В квартире послышались шаги. Уже по их характеру можно было понять, что мама с самого утра не в духе.
Дверь открылась и мама, подперев плечом откос и скрестив руки на груди, окинула меня оценивающим взглядом.
— Чё пришла? — бросила она раздраженно-устало.
— Хочу поговорить с тобой насчёт Кати. Она спит?
Я заглянула за мамино плечо и увидела, как Катя аккуратно выглянула из своей комнаты и обрадовалась, увидев меня.
— Привет! — пискнула она робко.
— Рот закрыла и в комнате спряталась, чтобы я тебя не видела! — рявкнула на неё мама тут же, из-за чего Катя сразу исчезла за дверью.
Я перевела озлобленный взгляд на мать.
