Передо мной лежала детская открытка с медвежатами. Каждый год отец присылал мне такую на день рождения, но он ушёл много лет назад. Теперь эта простота и обычность открытки становится необычной приманкой, заставляющей задуматься о тайнах прошедшего и незримых связях между поколениями....
Хорошо хоть на саму грудь сильно не попало, кожа там слишком нежная, да и бюстгальтер спас, а вот в районе третьей пуговицы пекло сильно.
– Это Ирка сделала?
Тётя Соня в детстве всегда говорила мне, что ябедничать нехорошо. И как бы мне не хотелось надуть щёки и угукнуть, я всё же сдержалась.
– Нет. Просто поднос взяла неудачно.
– Врёшь, – процедил сквозь зубы Шевцов, а потом резко затормозил, свернув автомобиль на обочину.
Я не ожидала такого манёвра, и по инерции дёрнулась вперёд, почти слетев с сидения.
Лекс – псих. Это данность, не подлежащая сомнению.
Он развернулся ко мне и дёрнул за рукав, возвращая обратно в кресло, заставляя сердце отчаянно зайтись в страхе. Я уставилась на по-мужски широкий разворот плеч, кожаная куртка, что сидит как влитая, тонкие губы, что были сердито сжаты.
– А теперь ещё раз спрошу: это сделала Ирка?
И я не смею врать.
– Я не знаю. Наверное…
Мой голос дрожал, взгляд цеплялся за нервно сжатые мужские кулаки.
Он злился.
На меня? Я ведь сказала правду.
– Не. Смей. Мне. Больше. Врать, – прошипел, чеканя каждое слово. – Поняла?
Я кивнула.
– Ответь!
– Лёша, я поняла. Пожалуйста, поехали домой."
"Дура я набитая. Он манипулирует мной, запугивает. Зачем? Его жизнь и так под его контролем, зачем ещё и меня контролировать? Сама позволяю, а потом ругаю себя. Нужно это прекращать. Только как?
Шевцов снова завёл мотор и выехал на дорогу, повёл плавно и спокойно.
– Кстати, – довольно буднично проговорил он.
Глава 17
ЛексЯ спустился в гостиную аккурат к семи. Николай Ермолаенко – партнёр по бизнесу и друг отца, уже приехал. Но друг, я думаю, он так себе. Такие акулы истинными друзьями не бывают. Однако бизнес-партнёрство у них с отцом уже более двадцати лет, так что да – в какой-то степени Ермолаенко – друг семьи. Ну и конечно же с ним приехал его сын Антон.
Антон Ермолаенко, или попросту Ермолай – мой давний «приятель». Именно так, в кавычках. С Тохой мы знакомы с детства. Только он старше меня на два года, и учится в универе. Сколько себя помню, мы всегда соперничали, старались друг другу насолить. Ему всегда нужно было то, что было моим: моя тёлка, победа в заплыве, даже внимание моего отца на совместных мероприятиях, коих за период нашего взросления было не сосчитать.
