В Коулских селениях известна одна дама: самая старая дева. Милочка - внучка бедняги, превратившегося в мудрого и загадочного ученого. Книжки подростка вызывают у нее непреодолимое желание листать страницы ночью, будто рисует на бумаге сны и чужие таинства. Сюжет витает между мистикой старых книг и глубокими размышлениями о жизни....
Она приготовит твою комнату, - брат, который должен был помочь, защитить, объяснить и поддержать, удовлетворённо выдохнул и быстро вышел из беседки. Лизи тенью прошла внутрь и, не поднимая на меня глаз, почти рухнула на краешек дивана. Плечи ее опустились, и мне казалось, девушка вот-вот заплачет.
— Ты же сама предпочла выбрать тётушку? – не понимая, спросила я.
— Это лучшее из двух зол. Но злом этот выбор быть не перестал, - бесцветно ответила Лизи.
— Ты поедешь со мной? – уточнила на всякий случай я.
— Я никуда от вас не денусь до самой вашей смерти, леди Стефания, - обречённо ответила служанка.
— И тебя это явно не радует, - заметила я.
— Вы могли быть графиней, если бы выбрали графа Коула в пятнадцать. Сейчас у вас была бы уже свора ребятишек, мы жили бы в замке на вершине, а по утрам все леди графства мечтали бы оказаться на вашем завтраке, - всё так же бесцветно произнесла Лизи.
«Неужели я сама в пятнадцать лет отказала жениху? Но ведь мать ещё была жива…», - задала я вопрос куда-то внутрь себя.
— Я не могла ничего изменить, - произнесла я фразу, благодаря которой Лизи могла бы рассказать чуть больше.
— Ваша матушка испортила жизнь и себе, и вам, - подтвердила мои догадки служанка. Но потом тяжело вздохнула и как будто заставила себя ожить, смирившись со случившимся. - Я должна начинать сборы. На это уйдет весь сегодняшний день и, скорее всего, ночь, - она поднялась, поклонилась и вышла.
Я не предложила свою помощь, потому что у меня было слишком мало времени на то, чтобы успеть разведать хоть что-то ещё.
Обойдя особняк по саду, я вновь нашла сходство с виденными мною виллами подобного плана. Естественно, в кино. Это могла быть Куба, Испания, Италия. Все здесь дышало конкистадорским шиком: временем, когда признание короля приходило с несметными богатствами, принесенными в казну.
Но я никогда не слышала такого названия, как Берлистон.
Но вторая часть сознания, словно хитрый шулер, вынимал и вынимал из рукава карту с датами, между которыми теплилась жизнь матери Стефании.
