Ложкой или с рук? Когда я должен гладить тебе спину: перед трапезой или после? Должен ли я вдобавок петь и плясать, и если «да», то какие песни и танцы?
Я насупилась. Зачем он издевается? Ведь если не записать, то он не станет делать.
– Давай так! – продолжил он. – Завтра, представляя меня в курии, ты объявишь о помолвке. Мы будем встречаться, как сложится. Ты всегда сможешь пригласить меня в гости, и я, если буду свободен, приду. Я поглажу тебе спинку и покормлю с ложечки, если тебе этого так хочется, но не превращай это в обязанность. Иначе я разозлюсь и откажусь от помолвки. Это добровольный союз!
– Хорошо! – вздохнула я.
– Буду рад видеть тебя у себя. Если рассчитываешь на брак, найди общий язык с моими женами. Я хочу, чтобы вы подружились. К сожалению, у меня пока нет дома…
– Я тебе его подарю! – перебила я. – Для сенаторского звания нужен имущественный ценз. Считаю необходимым обеспечить его из казны. Ты много сделал для Ромы!
Я не стала уточнять, что собиралась предложить это Виталии. Обойдется! Незачем было соглашаться на брак с Лионой! Хватит ей сына!
– Ты можешь подарить дом Виталии? – спросил он. – После осуждения Касинии он перешел в казну, ведь так?
Я кивнула и, подойдя к столу, быстро написала дарственную, после чего приложила к пергаменту печать.
– Покажи это квестору, и она выдаст тебе ключ!
– Спасибо! К слову, о Касинии. Лиона не сказала… Когда сармы осадили Малакку, они пытались сжечь ворота. Подогнали повозку с горючим маслом. Тогда Касиния спрыгнула со стены, вырубила охрану сарм и опрокинула повозку. Горшки разбились, масло вытекло. Его подожгли горящими стрелами. По сути, Касиния спасла Малакку. Ее сильно изранили. Я ходатайствую о помиловании.
– Она хотела тебя убить! – удивилась я.
– Хорошо! – пожала я плечами. – Завтра объявлю в курии. Если дело обстоит так, ее помилуют.
– Я приведу Лиону и Лолу. Они подтвердят мои слова.
Я кивнула. Он обнял меня и поочередно коснулся губами моих щек.
– До завтра, невеста!
Я лизнула его в нос и нехотя разжала руки. Как не хочется его отпускать!
Из покоев Флавии Игрр вышел, улыбаясь.
– Вот! – сказал, протягивая пергамент. – Теперь у нас есть дом!
Я схватила его и прочла. И вправду дарственная! С чего это мерзавка расщедрилась?
– Что она потребовала взамен?
– Ничего особенного! – махнул он рукой. – Мы заключили помолвку. Два года будем женихом и невестой.
– А потом? – я почувствовала, как слабеют ноги в коленях.
– Потом – суп с котом! – засмеялся он.
