Распростертое перед ней великолепное мужское тело напоминало цветной вкладыш из журнала «Плейгерл», который она однажды видела во время учебы в колледже. Но только именно это, совершенно реальное тело в настоящий момент посинело от холода, и его бил непрекращающийся озноб."
"Джулия растерла онемевшую от холода кожу и укрыла Зака горой одеял. Потом подумала, подбежала к стенному шкафу, схватила еще несколько пледов и положила их сверху. Оставшись довольна результатом собственных усилий, Джулия направилась к камину. И лишь когда в нем весело запылало пламя, она решила заняться собой, но так боялась хоть на несколько минут оставить Зака одного, что начала расстегивать лыжный комбинезон прямо здесь, у изголовья его кровати, настороженно прислушиваясь к неровному, прерывистому дыханию.
— Зак! Ты слышишь меня? — Не дождавшись ответа, Джулия начала говорить какие-то бессвязные, обрывистые фразы. Просто так. Чтобы не молчать и вдохнуть в Зака хоть, немного мужества, желания выздороветь, а заодно подкрепить и собственные, уже начавшие угасать силы и надежду. — Ты очень сильный, Зак. Я заметила это, еще когда ты менял мне колесо. И потом, когда ты выбирался из ручья. И ты очень смелый. У меня в классе есть один маленький мальчик те имени Джонни Эверетт. Так вот, он больше всего на свете хочет быть сильным. Но он инвалид, и у меня сердце кровью обливается, когда я смотрю на него, но при этом он никогда, слышишь, никогда не сдается. Помнишь, я рассказывала тебе о йен вчера вечером? — Джулия сама не заметила, как при упоминании о Джонни из ее голоса полностью исчезли дидактические нотки и он наполнился теплотой и нежностью. — Он тоже очень смелый, совсем как ты. А знаешь, когда мои братья были подростками, они собирали твои фотографии. Разве я тебе этого не рассказывала? Зак! — приходя в отчаяние, воскликнула Джулия. — Знаешь, я столько всего еще не успела тебе рассказать. Но я обязательно это сделаю, если ты только предоставишь мне такую возможность. Пожалуйста, не умирай! И я расскажу тебе все, что ты захочешь узнать.
Несмотря на все усилия, Джулией постепенно овладевал страх. Что еще она может сделать, чтобы согреть его и не дать заснуть? А если он умрет только из-за ее невежества? Поспешно натянув первый попавшийся под руку махровый халат, Джулия присела на краешек кровати и дрожащими руками нащупала едва слышный пульс на шее Зака. Потом она расправила одеяла, поплотнее укрывая ими широкие плечи и сильное тело Зака, и продолжила свой бессвязный монолог:
— Кстати, о вчерашнем вечере. Я хочу, чтобы ты знал — мне очень нравилось, когда ты целовал меня. Я не хотела, чтобы это заканчивалось, и именно поэтому начала вырываться, понимаешь? И не подумай, что это как-то связано с тем, что ты… что ты сидел в тюрьме.