В новом прологе мы возвращаемся к детской памяти главного героя. Старая знакомая — двустопная Лиза, всегда готовая его наказать за каждое малейшее отступление. Всё вокруг кажется забытым и неясным, как будто Санек снова пробуждается в атмосфере утраченного детства и тайных игр, но уже с новыми воспоминаниями о том, что было давно — настоящим прошлым....
— Да как ты смеешь так разговаривать с матерью? Мальчишка, сейчас же извинись или будешь наказан!
Посмотрел на неё внимательно, ухмыльнулся и спокойно направился к выходу. На что мама отреагировала, как и ожидалось, продолжив орать:
— Куда пошёл, я тебя ещё не отпускала…
Я не стал больше ничего слушать, вышел на улицу, нашёл Сергея и шепнул ему, чтобы он передал пацанам, что мы в ближайшее время отправляемся в путь. Пусть продолжают подготовку, но уже втихаря. Тот только оглянулся на дом и кивнул.
Мама выполнила свое обещание и наказала меня, закрыв меня в моей комнате и посадив на хлеб и воду. Но она не подумала, что в эти игры можно играть вдвоем. Я в ответ просто прекратил есть и в принципе с ней разговаривать. Она честно пыталась мне что-то там объяснять, я в ответ просто насмешливо смотрел на неё, игнорируя её попытки меня разговорить. Так продолжалось трое суток, и а конце концов она сдалась. Просто зашла в комнату со стопкой ассигнаций в руках, сунула мне их в руки, расплакалась и пробормотала:
— Делай, что хочешь, только прекрати свою голодовку.
Я всегда терпеть не мог все эти слезы с соплями и часто шёл на поводу у женщин, которые использовали против меня это оружие, но не в этот раз. Всё-таки с перебором на меня наехали, и оставить подобное к себе отношение без внимания я оказался не в силах. Наверное, поэтому спросил безразличным голосом:
— Это тебе граф посоветовал так поступить?
Мама ещё сильнее разрыдалась, а я все не мог остановиться.
— Мама, ты же взрослый человек, и я не понимаю, зачем идёшь на поводу у посторонних? Зачем делаешь то, что кто-то подсказывает, а не то, что говорит тебе сердце? Глупо же. Ты ведь прекрасно видишь, что сын у тебя вырос и стал взрослым, а если не видишь, оглянись назад, оцени все, что я сделал, и хоть немного задумайся. Я ни разу не дал тебе повода усомниться в разумности моих действий, так зачем надо было все это устраивать?
Мама, собравшись с силами, произнесла тихим голосом.
— Прости меня, Саша, я правда хотела как лучше. Давай все забудем и будем жить как раньше."
"— Извини, мама, как раньше не будет, — ответил я, покачав головой. — Я вырос и дальше только сам буду решать, что и как мне делать. Да и деньги эти мне теперь не нужны. Раньше я правда хотел смириться с тем, что у меня пока не получится заниматься тем, чего я действительно хочу. Но теперь, посидев в этой комнате, я изменил свое мнение.
