Именно я должна была заниматься этим делом, потому что один раз совершив ошибку, я ухе знала как поступать в подобных ситуациях и никогда в жизни не допустила бы того, чтобы этот насильник получил снисхождение в глазах общества.
— Общества? — усмехнулся Мейсон. — Какого общества? Рядом со мной нет никакого общества. Существую только я, все остальное это игра воображения…
— Мейсон, я умоляю тебя, перестань ерничать. Конечно, это придает тебе имидж сильного мужчины, но ведь мы сейчас с тобой пришли сюда не для того, чтобы обмениваться философскими впечатлениями по поводу жизни и судьбы.
— Почему бы и нет? — он чуть наклонил голову, словно задумавшись о чем‑то. — Иногда очень полезно порассуждать.
— Может тебе стоит заняться этим без меня? — хмуро сказала Джулия. — Я предпочла бы больше не находиться здесь только для того, чтобы выслушивать от тебя набор пошлых сентенций.
— Почему же пошлых? — холодно спросил он. — Неужели ты думаешь, что я способен только на пошлость? Особенно после того, что произошло со мной.
— Во всяком случае раньше, — торопливо сказала она, — ты был склонен именно к этому. Вспомни как ты издевался надо мною: «салон красоты», «смени работу»… Порядок вещей устанавливаешь не ты, а кто‑то иной…
— Какая чушь! Все, что происходит вокруг абсолютно лишено логики. Конечно, — он снисходительно усмехнулся, — тебе как человеку, построившему свою жизнь на законах формалистической логики, трудно в это поверить…
— Да уж, Мейсон. Мне действительно трудно в это поверить. Я не хочу сказать, что все вокруг абсолютно логично и совершенно, но ты не можешь ставить под сомнение, что все вокруг подчинено законам, я первую очередь, законам общества.
— Но все законы общества изначально была установлены кем‑то сверху, так во всяком случая утверждает церковь.
— А ты что, не веришь церкви?
Мейсон покачал головой.
— Все это так хрупко и непрочно. В любой момент может сломаться, а еще больше меня волнует то, что вся вокруг абсурдно. Почему люди согласно чьей‑то поле должны рождаться и умирать? Почему вокруг происходит то, что причиняет лишь гори и страдание?
Джулия участливо посмотрела не наго.
— Мейсон, то что произошло с тобой еще не означает, что нарушилось течение жизни. Просто тебе сейчас больно и ты сконцентрировался на своей боли. Ведь это не означает что логика вокруг отсутствует.
Мейсон отвернулся и некоторое время молчал, словно слова Джулии доставили ему настоящую физическую боль. Она не заметила как в уголках его глаз блеснули слезы. Но спустя несколько мгновений Мейсон снова пришел в себя.
— Джулия, ты можешь считать меня одуревшим от боли чудаком, но я действительно не понимаю многого в этом мире.