К примеру, я не могу постичь логику божества, которое определяет, что столько‑то людей станут дантистами, а столько‑то — будут доить коров.
Джулия посмотрела на него широко открытыми глазами.
— Ты что сошел с ума?
— Ничего подобного. Просто я всегда был широко открыт для новых впечатлений. Я не верю, что нами кто‑то руководит. Разумеется, что тебе и таким как ты людям вроде Марка Маккормика кажется, что порядок существует: спрос отвечает предложению, люди соблюдают правила движения, покупают обратные билеты в уверенности, что вернутся назад, обещают вернуть долг по первому требованию и тому подобное. Но только кажется, что в этом есть порядок. Я, например, никакой связи не вижу. Согласитесь, что все что мы называем порядком — обыкновенная случайность. Если ты не веришь в это, докажи мне обратное.
— Я не буду с тобой спорить, — опустив глаза, сказала она. — Выяснением этих подробностей лучше заниматься в церкви, наедине со священником, или в пивном; баре за кружкой «будвайзера» со случайным собеседником. Там это более уместно и естественно, чем здесь в такое время.
— Что ж, если это тебя не интересует, перейден к тому, что непосредственно касается твоей вины, Джулия, — ядовито произнес Мейсон. — Это ты заманила Мэри на крышу. Это была твоя идея и ты свела Марка и Мэри вместе. Ну что, нравятся тебе мои слова?
Мейсон повернулся к Джулии спиной и медленно прошелся между рядами стульев. Джулия бросилась за ним, оправдывающимся тоном воскликнув:
— Мэри хотела поговорить с Марком и со мной, она была расстроена…
Он остановился и не оборачиваясь, глухо сказал:
— А Марк признался мне в том, что это ты привела Мэри в «Ориент Экспресс»…
— Ну так что из этого? — дрожащим голосом спросила она. — Пусть даже все обстояло таким образом. Что в этом особенного?
— В этом и состоит твоя вина!
Джулия принялась яростно защищаться.
— Это все чистейшей воды ложь! Мейсон, неужели ты веришь Марку? Он говорит неправду, он просто–напросто зол на меня за то, что я хотела его выдать. И он сделает все для того, чтобы отомстить мне за это.
Похоже эти слова тронули Мейсона. Он обернулся и внимательно посмотрев в глаза Джулии недоверчивым тоном произнес:
— Ты можешь поклясться?
— Если это необходимо…
— Под присягой? Ты можешь поклясться под присягой?..
Джулия вдруг осеклась и тяжело дыша стала отступать назад.
— Ну поклянись же, — снова повторил Мейсон. — Подними вверх правую руку…
Джулия не решалась последовать его словам. Это, разумеется, не могло не заронить в душу Мейсона сомнения в искренности слов, сказанных Джулией.
— Мы оба знаем слова присяги.
Некоторое время Джулия молчала, а потом вдруг смутилась и опустила голову.
— Я больше не играю в эти игры, — пробормотала она, пытаясь мимо Мейсона пройти к выходу.