— Ну, не знаю… Что же ты теперь собираешься делать?
Кастильо задумчиво прошелся по комнате.
— Я пока не готов ответить на этот вопрос, Иден, — сказал он. — Зато, я знаю, что нужно сделать тебе.
— Ты должна поехать домой и хорошенечко проспаться.
— Я не устала, — снова капризно заявила она. Круз обалдело посмотрел на нее.
— Как это не устала? После всего, что с тобой случилось за сегодняшний день и вечер, ты не устала? Что ты еще собираешься делать?
Она, поддавшись его примеру, принялась расхаживать по комнате из угла в угол.
— Не устала я потому, что у меня нервы на взводе… Неужели тебе не понятно, как чувствует себя человек в такой ситуации?
— От чего же. Вполне знакомое чувство.
— Вот поэтому я поеду в ресторан и еще поработаю.
— Что ж, ладно. В таком случае я отвезу тебя на своей машине.
Он подался чуть вперед, чтобы взять ее за руку. Однако, Иден, к его удивлению, отстранилась.
— Спасибо. Я очень польщена вниманием ко мне со стороны окружного прокурора Тиммонса и полицейского инспектора Кастильо, но лучше будет если я возьму какую‑нибудь другую машину. Круз поморщился.
— Иден, не ладо. Не делай глупостей.
Но она решительно вышла из комнаты, хлопнув дверью.
Однако, будучи знакомым с характером Иден, Круз понимал, что сейчас нет ни малейшего смысла возражать ей либо бежать за ней вслед, пытаясь уговорить.
Несколько минут Кастильо нервно расхаживал по комнате, пока, наконец, не решил позвонить к себе на работу.
На службе в этот момент находился лишь его помощник Том, услышав его голос, Круз сказал:
— Привет, Том. Как у нас дела? … Что? … Мейсон Кэпвелл? … Еду.
Он бросил трубку и метнулся к выходу.
То, что он услышал привело его в состояние еще более сильного нервного возбуждения. Если это правда, то Санта–Барбара станет свидетелем самого громкого и шумного скандала за последние несколько лет. И снова это связано с семейством Кэпвеллов.
Джулия посадила Мейсона в машину и направила автомобиль к дому СиСи Кэпвелла.
Всю дорогу Мейсон молчал, лишь иногда отхлебывал из бутылки по небольшому глотку виски. На вопросы Джулии он не отвечал, а лишь мрачно усмехался.
В конце концов, он не выдержал и сказал:
— Джулия, если тебе очень хочется поговорить, то давай поговорим в более спокойной обстановке. Хотя, мне кажется, что разговаривать нам не о чем. Марка больше нет.
Все проблемы, связанные с его пребыванием в этом городе я уже решил.