Автор
До того времени я считала, что могу жить по своим собственным правилам, пока не встретила Габриела и его бездомную собаку. Мы спасли их в один и тот же день, и наши жизни навсегда срослись вместе. Но затем у меня начались непредвиденные перемены, и я обнаружила, что не могу отделаться от этих двух созданий. Теперь они как две части моей судьбы — частью которой стала жизнь Габриела....
Я позвонила в колокольчик, и Мери-Джейн пришла ко мне в комнату.
— Мери-Джейн, — сказала я. — Я немедленно отправлюсь в Келли Гранж. Собери вещи, которые мне могут понадобиться. Я потом пришлю за тобой и за вещами. Но уходить мне надо немедленно.
— Хорошо, мадам, — ответила Мери-Джейн, глядя на меня широко раскрытыми удивленными глазами.
— Кое-что произошло, — сказала я ей. — Я не могу сейчас задерживаться, чтобы объяснить тебе. Но сейчас я ухожу из дома.
Когда я ей это говорила, внизу заскрипели колеса, подъехал экипаж, и я подошла к окну.
Из экипажа вышел доктор Смит, и так как он для меня уже не был, как прежде, благожелательным доктором, я почувствовала, что меня пробирает дрожь.
— Все, мне пора идти, — сказала я. — И поскорее.
Я поспешила из комнаты, оставив там удивленную Мери-Джейн, которая все смотрела мне вслед. Быстро миновав коридор, я спустилась с лестницы… и тут услышала голос доктора. Он разговаривал с Рут.
— Она дома?
— Да, я видела, как она пришла несколько минут назад.
— Отлично.
— А что, если она?..
— Она ни о чем не догадается, пока я ее надежно не упрячу туда.
Сердце у меня билось неровно. Он уже пересек холл. Я проскользнула на певческую галерею, надеясь спрятаться там, пока он пройдет в мою комнату — тогда я смогу выбежать из дома и устремлюсь в Келли Гранж.
Рут была еще в холле, и я не знала, как проскочить мимо нее. Скажет ли она доктору, что я выбежала из дома? Если скажет, то как скоро он сможет нагнать меня?
Я тихо закрыла дверь галереи и сразу подумала о шкафе.
И когда я, согнувшись, чтобы меня не было видно из холла, пробиралась к шкафу, дверь галереи распахнулась и он оказался на пороге.
— А… привет, Кэтрин! — Его добрая мягкая улыбка теперь уже не могла меня обмануть.
Какую-то минуту я стояла и молчала, не в силах вымолвить ни слова. Слова застряли в моем сдавленном от волнения горле.
— Я зашел за вами; я увидел, как вы вошли сюда, когда начал подниматься по лестнице.
— Доброе утро, — сказала я, и сама удивилась тому, что мой голос звучал спокойнее, чем я могла себе представить.
Он вошел на галерею и закрыл за собой дверь. Взглянув вниз, я увидела, что там стоит Рут.
— Утро такое хорошее, — продолжал он. — Я хотел, чтобы вы съездили со мной на прогулку.
— Нет, благодарю вас. Я как раз собиралась прогуляться пешком.
— Но вы же только что вошли.
— Тем не менее я опять ухожу.
