В мире Костромина работа стала последней связью с миром раньше, чем наступает чернота забвения и гнетущего теневого уюта, где лишь воспоминания о былой радости зажигают фонарь в сердце. Время, как некий коварный худиловец, превратило жизнь Юрия в мрачную гробницу, но светлый штрих — воспоминание о счастье — всегда вспыхивает, освещая путь домой....
То, что он сказал, привело Юрия в такой же шок, что он решил, будто у него продолжается бредовый сон. Даже рот открыл, как дурачок деревенский, уставившись на настоятеля вытаращенными глазами."
"– Наш просветленный брат, что живет в уединении в горах, – начал свою проникновенную речь настоятель, – призвал тебя и твоего друга, Владимир, сюда. Он дал наставление, следуя которому ты, как и стремился, останешься в монастыре и будешь приобщен к некоторым нашим сокрытым практикам, предварительно пройдя обряд, не позволяющий распространять это учение и посвящать в него людей, не допущенных к этим сокровенным знаниям, используя их лишь для собственного развития и расширения своего сознания, разума, своих знаний и работы души, – и он чинно поклонился после сказанного.
Владимир поклонился в ответ, принимая решение наставника.
– Тебе же, Юрий, дано право выбора, – продолжил наставник. – Ты воевал с демоном и победил его внутри себя, но в этом сражении потерял все свои жизненные силы и энергию, которую черпал даже из будущего.
Костромин настолько прибалдел от этой тронной речи, что вообще-то почти ничего не понял. Как потом ему растолковал Вовка, это было нечто вроде официального меморандума. Потом-то настоятель заговорил с ними более просто и доступно.
А то «воин духа» какой-то! Прямо боец из редких, на земле не найти! Бодрый такой мальчонка: демона какого-то уканопупил, не заметив, и сам чуть не помер! О Господи, чудны дела твои…
– Я готов предоставить тебе возможность жить среди нас, восстанавливать свои жизненные силы и гармонизировать все тела и времена, – продолжил настоятель, пока обалдевший Костромин тихо «плыл» и рефлексировал.
