В свете мерцающих ламп и улыбающихся лиц гостей, Натаэль Зика распутывала любовный треугольник между ненавистью и тихим стремлением к пониманию. Сюжет шел от злобы до любви, создавая непростые отношения, где каждый вынужден был признать, что счастье — это десерт после долгой, трудной еды....
— Мать-Волчица, — с трудом оторвался, заботливо вернул на место ремень, отодвинулся и завёл мотор. — В гостиницу! Немедленно!!!
Вёл аккуратно, но превышая скорость. Боялся лишний раз взглянуть на жену, ощущал аромат её возбуждения, дурел от вкуса её кожи на губах и как мантру мысленно твердил: «Терпи! Скоро гостиница! Не переярок, чтобы все мозги в нижнюю голову утекали!»
Дотянул!
Как только за ними захлопнулась дверь номера, Борис подхватил Стешу под попу и усадил на стол с зеркалом, что обнаружился в прихожей номера люкс.
Поцелуи сводили с ума, Стеша извивалась, запустив пальцы в волосы мужа, и тихо стонала от крышесносных ощущений.
Стоило ему чуть прикусить сосок, как всё тело женщины пронзила волна острого удовольствия, а когда волк зализал укус и подул на вершинку, перед глазами заплясали огненные круги.
Застонав, Стефания выгнулась, почти умоляя о продолжении, но сегодня Борис не спешил выполнять безмолвную просьбу. Он опустился перед волчицей на колени и продолжил неспешные ласки, доводя Стешу почти до исступления.
Она остро реагировала на каждое его действие, отзываясь стонами на поцелуи внутренней поверхности бёдер и лона. Борис прямо поверх трусиков посасывал, слегка прикусывая, её клитор. Бил по чувствительной горошине языком, и Стеша всхлипывала от раздирающего тело удовольствия.
— Борис! — умоляюще, но сегодня он не подчинялся.
После возгласа волк поднял ей ноги и потянул вверх, наблюдая, как его пара мечется и стонет, теряя над собой контроль. Как прерывисто дышит и подаётся навстречу его поцелуям. А потом вскрикивает от накатившего девятым валом оргазма."
"Дождавшись, когда Стефанию немного отпустит, альфа подхватил ее на руки. Стеша охнула и, ощутив, что оказалась в воздухе, обняла за шею и сжала его талию ногами.
— Ляг и перевернись, пожалуйста!
— Что?
И пока она пыталась понять, что он от неё хочет, волк уже сам справился — опрокинул навзничь и, подсунув руку под её тело, быстро повернул на живот. А потом окончательно стянул вниз и многострадальное платье, и насквозь мокрые трусики.
