Автор
Декабрь 1814 года. Вероника Синклер получает страшную новость: ее дед скончался. Под этим холодным объявлением скрывается сокрытая тайна, заставляющая герцога Эджфилда исчезнуть из известности в самый разгар войны. Теперь Вероника должна выяснить, какое участие имела эта семья в истории, и это может привести к опасной сделке с знатоком. Оживающее поместье герцога расскажет о страшных тайнах, которые накрыли его имя на многие годы....
– Ее светлость отдыхает после обеда, – сообщила со своего места в углу горничная, присматривавшая за дедом.
– Мне не терпится ее увидеть!
– Кстати об отдыхе… – Герцог закинул руки за голову и зевнул во весь рот. – Что-то я устал. Пожалуй, перед ужином стоит вздремнуть.
– Перед ужином? – Вероника вскинула брови и нахмурилась. – Ты хочешь сказать, что намерен спуститься к ужину?
– А почему нет, хотел бы я знать? – удивился герцог, глядя то на внучку, то на дочь. – Аппетит у меня, как всегда, отменный!
– Как скажешь, папа, – ответила Маргарет и, склонившись над ним, похлопала по руке, покоившейся на винно-красном покрывале.
Все трое покинули комнату, но заговорить Вероника решилась, лишь когда они отошли на приличное расстояние.
– Разве ему можно вставать с постели?
Леди Маргарет вздохнула.
– Доктор говорит: ему не следует напрягаться, но все, что по силам, пусть делает. Дед так рад, что ты приехала, милая! – Она легонько сжала плечо дочери и послала ободряющую улыбку.
– Но он так болен! – Вероника прикусила нижнюю губу. – Я не хочу стать причиной ухудшения. Давай распорядимся, чтобы ужин ему отнесли наверх. О том, что чем реже дедушка будет их видеть, тем меньше им с Себастьяном придется притворяться любящими супругами, она, разумеется, не упомянула.
Леди Маргарет рассмеялась в ответ.
– Милая, это хорошо, что ты стараешься его беречь, но сама знаешь, как он упрям, а в последнее время, кажется, стал еще упрямее.
– Знаешь, мне кажется, что твоему деду надо дать возможность делать все, что он хочет, – заметил Себастьян, когда все трое вышли на лестницу и они немного отстали от хозяйки дома.
– Неудивительно, – ответила Вероника, сверкнув в сторону мужа фальшивой улыбкой. – Ты не раз давал понять, что мужчинам все позволено!"
"– Ай-я-яй, дорогая, – ответил Себастьян с плутоватой улыбкой, погрозив ей пальцем.
– Если тебе можно нарушать условия, то можно и мне, – сладко улыбнувшись, отрезала она.
Себастьян уже открыл рот, чтобы достойно ответить, но как раз в этот момент леди Маргарет остановилась перед дверью одной из больших гостевых спален.
– Вот мы и пришли, дорогие мои. Я уже распорядилась, чтобы горничные подготовили эту комнату для вас.
Вероника резко обернулась.
