Автор
Я стою в загаженном алкоголем зале, миниатюрная сумочка прижатая к груди. Свет от сломанного лампопласта играет на монетах и долларовых купонах, намекающих на будущую роскошь и влияние. Время до выборов еще есть, но уже чувствуется тянущая ко смерти тревога - как если бы ты знаешь, что эта дорогая жизнь может оказаться всего лишь кратковечным промежутком между обреченностью и чудом....
Я же потихоньку вытягиваю из цепких пальцев свою руку.
Не нужны мне «щедрые» подачки заботы. К чему представление, если оба знаем, чье место я занимаю, и кого бы Рома действительно желал сейчас видеть рядом с собой.
Зотов маневр замечает, стреляет в меня прищуренным взглядом, но я не пасую и задаю вопрос, ответ на который по сути не особо волнует, но переключает его внимание:
— Какой сегодня повод для организации сабантуя?
Я бы с большим удовольствием посидела дома и почитала книги, чем, вырядившись в очередной шедевр портновского искусства, тратила время на ‘общение с людьми, которые мне определенно не интересны.
— Юм, кажется, их старшей дочери пять лет, — хмурит брови Рома, — или сыну?
Хмыкаю. Ну, конечно, мальчик, девочка, какая нафиг разница.
— Ну и зачем нас пригласили, если мы ребенка ни разу не видели? — задаю закономерный вопрос. — Лучше бы ее настоящих друзей позвали, порадовали.
— Ради связей, Арина, и налаживания контактов, — звучит поучительное, но через минуту муж добавляет уже мягче.
Неплохо гуляют, убеждаюсь спустя двадцать минут, когда прохожу к огромному накрытому деликатесами стопу, где практически все уже собрались. Кроме стульев для нас пустуют еще два наискосок. Но холодок по спине бежит по другому поводу.
Прямо напротив наших мест сидят брат и сестра Измайловы. И если Кира не сводит жадного взгляда с моего пока еще мужа, то Владислав залипает на мне.
Рассматривает нагло, с ухмылкой и одновременно подначкой.
Липкая, противная жаба. Чтоб тебя бородавками обкидало!
— Всё в порядке? — Зотов касается спины, заставляя вздрогнуть.
Поворачиваю голову в его сторону, смотрю в совершенно спокойные глаза, обалдеваю.
— Издеваешься? — произношу одними губами.
Хочется шипеть и плеваться ядом. Но мы же в обществе, что б его! И я, как на зло, яд дома забыла.
— Думаешь, я лично звонил Семеновичу и просил посадить Киру поближе?
Голос Романа привычно сипит, на губах блуждает улыбка, не дай бог, кто подумает, что мы ругаемся, а вот глаза смотрят остро.
Нет, милый, не закачу.
Не такая я уж и дура, хотя все задатки для этого имею.
Понимаю. Очень хорошо понимаю, что вынеси я сейчас шашни Ромы на суд общественности, да даже прополощи его похождения в сети, и... да, есть огромная вероятность, что из кандидатов в депутаты он вылетит, как пробка из бутылки.
И всё же... лишь вероятность.
