Автор
Я стою в загаженном алкоголем зале, миниатюрная сумочка прижатая к груди. Свет от сломанного лампопласта играет на монетах и долларовых купонах, намекающих на будущую роскошь и влияние. Время до выборов еще есть, но уже чувствуется тянущая ко смерти тревога - как если бы ты знаешь, что эта дорогая жизнь может оказаться всего лишь кратковечным промежутком между обреченностью и чудом....
Хотя зачем далеко ходить? Посмотрите на Руслана Германовича, — холеная ручка красиво направляет взгляды всех без исключения присутствующих в сторону Арбатова, — вот он у нас, красавец. Истинный мужчина. Лидер. Глаз не отвести.
Боже. В какой-то момент ожидаю, что у Зотова из ушей пар пойдет, потому что скрип зубов я слышу отчётливо.
Но страха за свою выходку нет, зато смех еле сдерживаю.
Неплохо вышло. Вот и враг мужа пригодился.
Если честно, про него не думала, когда имя ребенку предлагала. Ляпнула наобум.
но попала в яблочко.
Удобная жена, Рома?
Ага-ага, жди больше.
Еще спустя полчаса, когда мужчины уходят на перекур, а женщины перебираются в гостиную, отлучаюсь в уборную. От бесконечных улыбок сводит скулы, да и головная боль опять напоминает о себе легкой пульсацией. Хочется немного перевести дух и расслабиться.
Не позволяют.
Кира походкой королевы подходит к зеркалу, возле которого я споласкиваю руки, и, достав ярко-красную помаду, обновляет макияж.
— Слушай ты, мышь бледная, это что за представление за столом было? — бросает она в никуда. - Оскорбить меня решила? Думаешь, Рома тебе спустит с рук мерзкую выходку? Зря надеешься, женушка, — выплевывает последнее слово. Вот только верится с трудом, что оно ей не нравится. Уж скорее Измайлову зависть берет, что не она этот титул принадлежности Роме носит. — Он сегодня ко мне поедет, ясно тебе? И уж я его научу, как болтливых баб нужно в узде держать.
Пока Измайлова упражняется в колкостях, продолжаю медленно споласкивать руки.
НУ раз хочет дама выговориться, пусть. Зачем больному человеку отказывать? Тем более, самой в ее наглые глаза посмотреть хочется.
Совесть там найти... или хотя бы ее зачатки.
А вода успокаивает, да, мысли упорядочивает.
— Ну, во-первых, девушка с рыжими волосами априори не может быть бледной молью, — произношу медленно и с ухмылкой, а-ля, какая ж ты, Кира, дура недалекая, когда она замолкает.
Судя по заалевшим щекам, любовница мужа посылом проникается.
— Вот-вторых, ты-кать мне не надо. У меня имя есть. Арина Осипова. Если память подводит, могу подарить визитку. Или у МОЕГО мужа попроси, когда увидитесь, —трачу массу сил, чтобы не показать, как меня потряхивает от стервы, но ура! Ура!
голос звучит ровно. — В-третьих, быть женой почётно. Даже, если муж — мудак, жена всегда остается женой. А подстилка — шлюхой. В-четвертых, буду рада, если Рома останется, у тебя. Честно. Хотя бы высплюсь нормально.
