Волна поднялась невиданной силой, взметая над берегами кипящие струи морской брыли и разбиваясь в мощных хлопках. Пассажиры круизного парома срывались в изумленных воплях, словно попадая под гнев непредсказуемого моря. Музыка тут же стихала, заменяясь звонкими голосами прибоя, пока океан не превращался в могучего быстрого дракона, готового к новой битве....
А что именно вам сказал Голицын, когда позвонил ночью, после банкета, и вытащил вас из каюты, когда вы уже собирались спать?
— Что ему одиноко, — поежилась Дарья Сажина. — И кроме меня никто его не понимает.
— Какой затасканный прием! Но вы, наивная душа, пошли. А им, похоже, надо было, чтобы на открытую палубу поднялся Сажин. Он мог туда пойти только по одной причине: если знал, что там гуляете вы. Он увидел больше: вы пили шампанское и целовались с Голицыным. Я, кажется, начинаю прозревать. Я вам не вру, Дарья Витальевна.
— Да, наверное, — поежилась Дарья Витальевна.
— На Востоке говорят, чтобы стать счастливым, надо искупаться в семи морях. Мне вдруг пришло в голову, что на самом деле седьмое море — это душа самого близкого тебе человека. Который рядом с тобой вот уже много лет, но к нему, как и к морю, все время тянет. И если собираешься вместе дожить до глубокой старости и умереть в один день, надо в это седьмое море окунуться с головой. Узнать каждый камешек на дне, каждую мель или, напротив, впадинку.
— Счастливой?!
— Вот кто вам точно врет, так это Голицын, — в сердцах сказал Алексей. — Ведь он вам не сказал главного: реальный владелец «АNДА» не он. А ваш муж. Напротив, Даниил Валерьевич попытался внушить вам мысль, что Сажин позарился на ваше имущество.
— Да, — неуверенно сказала Дарья Сажина.
— Ну и кто после этого Голицын?
— В самом деле… Он ведь мне этого не сказал…
— Думайте, Дарья Витальевна, думайте. И не торопитесь выгонять из дома мужа…
В этот момент хлопнула входная дверь и раздался голос Сажина:
— Даша, ты дома?
«Богатым будет, — невольно усмехнулся Алексей. — Только что его вспоминал».
