Волна поднялась невиданной силой, взметая над берегами кипящие струи морской брыли и разбиваясь в мощных хлопках. Пассажиры круизного парома срывались в изумленных воплях, словно попадая под гнев непредсказуемого моря. Музыка тут же стихала, заменяясь звонкими голосами прибоя, пока океан не превращался в могучего быстрого дракона, готового к новой битве....
Голицын будет оспаривать завещание?
— Да вы что?! Дан вовсе не крохобор какой-нибудь!"
"— Вы, должно быть, не понимаете: речь идет о многих миллионах, причем долларов, и слово «крохобор» здесь явно неуместно, — не удержался Алексей. — Даниил Валерьевич, когда нашел это завещание, небось пожалел, что кинулся в полицию с заявлением. Ну, пропала женушка и пропала. К любовнику сбежала. Лет пять можно было бы протянуть.
— Не поняла?
— Если человек пропал и труп его не найден, умершим его можно признать только через суд.
— А теперь, выходит, можно? Раз уголовное дело завели?
— Сначала надо бы выяснить, что на самом деле случилось с Анжеликой Голицыной.
— Я же вам говорю: она мертва!
— Откуда такая уверенность?
— Я это чувствую!
— А не вы ли, Дарья Витальевна, к этому руку приложили?
— Вы что, меня подозреваете? — Сажина мгновенно замкнулась.
— Вы знаете больше, чем мне сейчас рассказали.
— Он все-таки мой муж.
— А главное, он отец вашей дочери.
— Да!
— А ведь для Сажина это отличный шанс преуспеть, — задумчиво сказал Алексей. — Выйти наконец из тени своего друга. Усесться самому в кабинете генерального.
— Толку-то? — презрительно сказала Дарья Сажина. — Он разорится буквально через месяц. Ну, через год.
— Скажите, а зачем с вами в круиз поехал банкир Зебриевич?
— Они же друзья, — удивленно посмотрела на Леонидова Дарья Витальевна.
— Хорошие у вашего мужа друзья: владелец холдинга, банкир. У простого менеджера, — съязвил Алексей.
— И что? — пожала плечами Дарья Витальевна. — Они вместе учились.
— Ладно, я поговорю с Зебриевичем. — Алексей еще раз с нескрываемым интересом посмотрел на ее кольцо. — Муж, говорите, подарил?
— Вы меня в чем-то подозреваете?! — На этот раз в голосе у Сажиной было не только возмущение, но и обида.
— Как же у вас все запущено, — тяжело вздохнул Алексей. — Ладно, я выясню правду.
Когда Дарья Сажина ушла, он позвонил Панову.
— Как идут дела? — поинтересовался тот.
