В холодном мраке ночи, старушка стонала, ее глаза искали помощи в потемневших стенах. Я — лишь незнакомец в ее мире, но с невероятной силой чувствую ужасную боль и страх. Страшный секрет ждет нас, готовясь выплеснуться наружу во время этой тщедушной ночи.
Я в ответ осторожно коснулась следов укуса, не в силах промолчать.
— А Селеста?
— У нас сделка, вследствие которой она взяла моей крови. Для вампира это что-то вроде наркотика. Недосягаемая сладость. Эйфория. И никакого секса.
Сделка… Просто сделка.
Надо бы спросить, за что мужчина заплатил такую цену, но не успела.
Улыбку облегчения удержать не удалось. И Грин поймал её ртом, нежно прикусив нижнюю губу, заставляя на рваном выдохе раскрыться, потянуться к нему.
Простыня сползла вниз под его требовательными руками, обнажая грудь, живот, и замерла на бёдрах.
— Ревнуешь, — прошептал Грин, на мгновение оторвавшись от моих губ.
— Ревную, — согласилась я, не видя смысла скрываться.
Пальцы запутались в его волосах, притягивая к себе.
— Ведьма. — В глубине карих глаз вспыхнули зелёные искры. — Не могу насыться тобой… мой личный наркотик… Кар-р-р-ра…
Поцелуй, сводящий с ума, голодный и такой сладкий, был прерван самым наглым образом.
В дверь требовательно постучали, задёргалась ручка, и раздался недовольный голос брата:
— Карин?! Спускайся вниз.
Глава двадцать вторая. Первые неприятности
— Знаешь, что мне сейчас хочется больше всего? — со смешком поинтересовался Грин, прижимаясь лбом к моему лбу.
У меня был один вариант ответа на его вопрос, связанный с тем, что сейчас так недвусмысленно упиралось мне в бедро. Но, кажется, демон сейчас имел в виду нечто другое.
— И что же? — облизнув пересохшие губы, спросила у него.
Мужчина впился в них взглядом и даже задержал дыхание.
— Кара, — простонал на выдохе и закрыл глаза на мгновение. — Схватить бы тебя в охапку, увезти домой и… отлюбить.
Как заманчиво звучало. Домой. В тот очаровательный домик в лесу. Где были только он и я.
— Возражений нет, — проведя ноготками по его торсу, улыбнулась я.
Кто бы нам еще дал.
Стук повторился, став еще более настойчивым.
— Карина!
— Иду-иду! — огрызнулась я недовольно и добавила чуть слышно: — Кажется, отдохнуть нам всё-таки не дадут.
Грин откатился в сторону, давая мне возможность встать и закутаться в простыню.
— Наверстаем.
Сколько обещания в голосе. И не поверить ему я не могу.
— Родь, что случилось? — спросила я, подходя к двери.
— Систер, ты там что, не одна? — вместо этого поинтересовался мелкий.
Клянусь, он улыбался там за дверью. Ехидно так.
— Это тебя не касается. Так что случилось?
— У нас гости.
— Буду через пять минут.
