В апреле, когда солнце ярко светило и ветер шепелявил, молодой человек все равно решил отправиться к реке недалеко от старинного моста. Вода была слишком мелкой для бассейна, но ощущение свежего запаха речных вод заставляло надеяться на приключение. И хотя идея казалась невероятно глупой, его друзья уже предвкушали момент радости и приключений в этой необычной местности....
– Олег, тормози, хватит!
Внедорожник остановился, машину и пассажиров окутало смрадной двуокисью. В ушах надрывался звон, пороховая гарь разъедала глаза. Машина в любую минуту могла стать братской могилой.
Оперативники выпрыгнули наружу, застыли, напряженно осматривались. Словно в другой мир попали. О том, что было на улице Зееле несколько минут назад, напоминал лишь назойливый запах. Звуки боя сделались глухими, неотчетливыми, словно ведро надел на голову! А ведь проехали не больше ста метров.
В разрыве между крайними домами мелькали силуэты, бежали солдаты – очевидно, противника все же потеснили.
В переулке с трудом могли разминуться две машины. Высились стены домов, чернели дыры оконных проемов. Здания выглядели мрачно, нелюдимо. Район был так себе. Ни одной живой души за исключением одной неживой. В нишу между стеной и массивной пилястрой вжался труп.
– Нормально все, – деловито сообщил Шашкевич, забрасывая автомат за спину. – Можно дальше ехать, товарищ майор…
Разбилась вдребезги идиллия «параллельного мира»! Из-за угла ближайшего здания со стороны Зееле выбежали трое и припустились к машине.
Оперативники рассыпались, вскинули автоматы. Какой-то миг отделял их от того, чтобы нажать на спусковой крючок.
– Не стрелять! – крикнул Ракитин. – Хенде хох!
Ошалевшие люди заметались, испуганно закричали.
– Замереть! – скомандовал Ракитин.
Это был фольксштурм – гражданские лица, мобилизованные властями на защиту издыхающего рейха.
