В апреле, когда солнце ярко светило и ветер шепелявил, молодой человек все равно решил отправиться к реке недалеко от старинного моста. Вода была слишком мелкой для бассейна, но ощущение свежего запаха речных вод заставляло надеяться на приключение. И хотя идея казалась невероятно глупой, его друзья уже предвкушали момент радости и приключений в этой необычной местности....
А кольнет «сознательность» в задницу… все равно не признаются, потому что мы у них оружие отняли, а СС такого не простит, расстреляют, чтобы другим неповадно было… Вправо сворачивай, Олег, видишь, пустырь! Машину спрячем, дальше пешком пойдем.
«Виллис» плавно перевалился через бордюр, объехал гору мусора и вклинился между развесистым кленом и глухой стеной. Контрразведчики покинули машину, прислушались.
По небу плыли темные тучи. Дым стелился над городом, закутывая Берлин в непроницаемый саван. Подкрадывались сумерки, и все это вкупе создавало ощущение позднего вечера.
По команде убрали советские автоматы, извлекли из-под сиденья немецкие плащ-палатки, немецкие каски, автоматы «МР-40» – все хозяйство было компактно уложено и дожидалось своего часа. Плотная брезентовая ткань обтянула горло, надежно скрыв советское обмундирование. Полностью облачаться в немецкие мундиры не было ни смысла, ни желания.
Там же лежали два комплекта портативной американской радиостанции ВС-611-F. Фактически радиотелефоны, чудо современной капиталистической техники. Их поставляли по ленд-лизу в весьма ограниченном количестве. «Двадцать штук на всю Советскую армию, – объяснял в свое время полковник Старыгин, передавая отделу два комплекта, – беречь как зеницу ока, пользоваться только в крайних случаях, отвечаете за них головой.
Радиостанции были маленьким чудом. Продолговатые металлические штуковины, сравнительно легкие, сорок сантиметров в длину, плюс телескопическая антенна, выдвигаемая на метр.
