– У меня как раз столько осталось с билета на автобус!
Он, конечно, уловил сарказм, но профессионально сделал вид, что не уловил:
– Спасибо, благодетельница, жду! – и тотчас отключился.
Я застыла минут на десять. Нет, я вообще не считала себя обязанной помогать этому припадочному. Более того, поняла, что уже зря помогала – такие потом садятся на шею и только тебе звонят, как единственному спасителю. Но и полностью проигнорировать его проблему не смогла. А вдруг у него в самом деле единственный звонок был? И ситуация экстраординарная: можно забыть о том, что я не собиралась сама начальнику названивать. Просто сообщу, пусть они между собой разбираются.
– Секунду, Карин, – ответил Александр Дмитриевич на мой звонок. Судя по звукам, он куда-то выходил или, наоборот, заходил. После чего голос его зазвучал не так сухо: – Я не против, чтобы ты мне звонила, но я снова занят. Мы можем общаться во внерабочие часы?
В его усмешке я услышала подтекст: он воспринимает меня как навязчивую любовницу, которой неймется отрывать его от дел. Притом он не осекает меня, не раздражается, а равнодушно устанавливает границу. Как неприятно. Надо было Веронике Ивановне звонить, как это сразу в голову не пришло? Но сейчас просто высказалась:
– Мы можем вообще не общаться, Александр Дмитриевич. Ваш брат в полицейском участке…
– Хватит. Я отключаю вызов.
Повысив голос на полтона, я закончила:
– Он сообщил мне, чтобы я сообщила вам. Все. До свидания.
А вот и раздражение подоспело:
– С какой радости ты его интересы представляешь?
– Потому что вы бы бросили трубку.
– Конечно! Этому придурку даже полезно столкнуться с проблемами от собственных действий, быстрее повзрослеет!
– Решать вам, – я и не собиралась психовать по этому поводу.
– Ладно, – через пару секунд выдавил он. – Номер участка.
– Я смогу быть дома через полтора часа, поедем разбираться вместе.
Я только теперь начала волноваться:
– Ну, тебя же никто не заставлял вписываться.
– Никто не заставлял?! – я и не заметила, как полное спокойствие превратилось в голые нервы. – Да ваш Лёха как бронебойная торпеда!
– Приятно знать, что из нас ты называешь торпедой именно его.
– Я не в этом смысле!
– Почему же? Я явственно услышал, как ты назвала Лёшку торпедой, а я в сравнении с ним – пушистый медвежонок. За это, думаю, нам с тобой сегодня светит секс в полицейском участке.
– Я пошутил. Или нет. Не всегда получается договориться с дежурным о свободной камере.
– Все, Карин, мне надо идти. Через полтора часа заеду.
