Я не постанывала и не причмокивала, чтобы он не догадался о моих истинных чувствах, но Тимур мгновенно расслабился:
— А теперь рассказывай, что хоть было-то? А то я угрызениями совести мучаюсь — может, зря?
— Не зря! — ответила я с набитым ртом. — Да ничего такого не было, в театр сходили, на Ромео и Джульетту посмотрели, да разошлись.
Конечно, я этому товарищу, который мне вовсе не товарищ, не собиралась раскрывать всего. Да что уж там, мне было настолько не по себе, что я и сама с собой мысленно на эту тему старалась не общаться. Однако Тимур облегченно выдохнул и заметил:
— Карин, а тебе не кажется, что ты ему всерьез нравишься? Ну, стал бы он тебя по театрам таскать в другом случае?
Пожала плечами и вздохнула:
— Понятия не имею. Может, у него билет пропадал?
— Может, — повар улыбнулся. — Но как-то сложно представить, что наш босс себе бы попутчицу в две секунды не отыскал. Если бы он хотел, конечно, ее искать, — он подмигнул. — В общем, я твердо уверен в его заинтересованности. Но и ты сразу не сдавайся, такие мужики вряд ли любят быстрые победы.
Поскольку вкусняшка закончилась вместе с терпением, я снова вскочили и пригрозила напоследок пальцем:
— Не ищи себе оправданий! И без советов твоих обойдусь. Я еще три дня собираюсь на тебя злиться!
С уборкой я закончила уже через пятнадцать минут, осталось немного подождать, чтобы вытащить постиранное белье из сушки. Но в прачечной озарило: до субботы не так уж и много времени. И затем все снова пойдет так, как хочет начальничек. Вчера я так и не решилась ему позвонить, но сейчас ощущала себя куда более спокойной. Наверное, лучше этот сложный разговор провести по телефону, чем при личной встрече — при личной у меня не будет ни единого шанса.
Он принял вызов почти сразу:
— Карина? Ничего не случилось?
— Нет, — сердце от волнения застучало сильнее, но я не позволила ему спутать мне карты. Раз уж решилась — говори. Или молчи вечно. — Здравствуйте, Александр Дмитриевич, я хотела бы с вами обсудить один вопрос.
— Хорошо. Задержись сегодня, я постараюсь приехать пораньше.
— Нет! — эмоциональнее, чем собиралась, воскликнула я. — Давайте все выясним сейчас.
Он, кажется, рассмеялся. По крайней мере, голос теперь точно зазвучал иначе:
— Понятно, думаешь, что так проще высказаться. Правильно думаешь, но у меня совещание через две минуты.
— Значит, у меня есть две минуты! — я сама себя подбадривала и не позволяла сдаться. — Александр Дмитриевич, я не могу теперь уволиться?
— Можешь, конечно.
