– Можно и в штаны, – подмигиваю и вдруг понимаю, что час назад я ее девственности лишил. Там ведь даже кровь была. Ей больно было. – Как ты себя чувствуешь?
– А я думала, ты не спросишь.
– Вечером расскажу, – показывает она язык, а кидаю вслед.
Ведь реально. В кровь вошла мгновенно, разнесла желание, которое стремительно превратилось в зависимость.
Встряхнувшись и совершив череду звонков в наш сектор безопасности, я наконец могу отправиться на встречу. Уже предвкушаю, как снова мне улыбнется Полина. Но она, что странно, не улыбается. Наоборот, напряжена до предела.
– Владимир Прохорович. К вам пришли.
Я поворачиваюсь, чтобы узнать, что происходит. И замер, смотря на диван. На меня тут же налетел вихрь из приторно сладких духов.
– Вова! Любимый! Как я испугалась! Я звонила, и ты не отвечал! А как Тимур испугался, – Ангелина обнимала меня все крепче, а сын хмуро пялился в свой телефон. Я хотел оттолкнуть Ангелину, но не мог при сыне быть грубым.
– Со мной все нормально. Могла позвонить в офис.
– Так я звонила, твоя… – она делает многозначительную паузу. – Секретарша непонятно чем занимается, раз даже трубку снять не может.
– Не надо оправдываться, милочка.
– Ангелина, – легко, но надежно сжимаю запястье. – Ты выяснила, что я в порядке. Мне нужно ехать на встречу.
– Ну ничего. Тимур, ты что, не хочешь поцеловать папу?
– Я маленький что ли, целоваться, – бурчит Тимур, бросая на меня короткий взгляд.
– Давай мы потом созвонимся?
– Ой, – усмехается Ангелина и стряхивает с моего пиджака темный волос. – Знаю я твое созвонимся. Лучше мы с тобой поедем. А потом и пообедаем. Тимур…
– Как скажешь, мама.
– Тимур, ты поздоровался с Полиной Сергеевной?
– У него не так много времени, чтобы с прислугой здороваться, – подтягивает леопардовую сумочку эта сука, а я напрягаюсь.
– Ты ничего не путаешь? Она моя помощница.
– Ну конечно, конечно. Я не так выразилась. Тимур, ну что ты сидишь! Папа торопится.
Впервые я реально не знаю, как себя вести, хотя очень хочется дать бывшей затрещину. Нашла время отношения восстанавливать. Совершенно не знаю, как потом объяснить ей эту ситуацию.
– Будь на связи, – все-таки требую я, намекая об очень многом одним взглядом, но она сидит неподвижно и смотрит немигающим взглядом. – Полина!
– Да, Владимир Прохорович.
– Ладно, – только и говорит она, смотря, как двери лифта закрываются за нами. Как раз в тот момент, когда я не сразу стряхиваю со своего локтя пальцы Ангелины.
