– А на вас вряд ли открывали охоту.
– Охоту? – непонимающе хмурюсь. Отец? – Кто на вас открыл охоту?
Только задаю вопрос, как Данила тут же отлетает в сторону, снесенный мощным ударом чужого корпуса. Артем.
Будь я пугливой барышней, наверное заверещала бы, попросила бы мужчин прекратить жестокую драку. Но я настолько привычная к мужским баталиям, которые порой случались из-за сущей мелочи, что, как и дети во дворе, смотрела во все глаза, как два крупных мускулистых тела схватились в битве почти что на смерть.
И, прикусив губу, восхищалась слаженными действиями Артема, который хоть и был меньше Данилы, но не уступал ему не на секунду. Руки, увитые венами, работали отчаянно и стремительно, не пропуская мимо не одного удара, зато Данила уже задыхался и уворачивался от кулаков из последних сил.
– Зачем приперся? Не терпится сдохнуть? – поднял Артем за грудки Данилу и бросил на скамейку, с которой тут же слетели несколько голубей.
– Дело есть, – откашлялся тот и сплюнул кровь в траву.
– Может не здесь? – предлагаю я, кивая на собравшуюся толпу, требующую зрелищ, хлеба они себе и сами купят.
– Домой я его не потащу.
– Там пустырь за домом, – предлагаю и, подхватывая смотрящего во все глаза Темку на руки, иду показывать дорогу.
– Ёзка, – кричит малыш и тычет пальцем мне за спину.
– Да, да, тезка идет за нами.
Артём на самом деле шел, а вот Данилу почти волочил за собой.
– Ну, – прорычал Артем и его, такого жесткого с ледяным взглядом, впору было бы испугаться, если бы это гнев был направлен на меня. Но я лишь ощутила легкий прилив возбуждения, во все глаза рассматривая любимого.
– Ваши блядки снимал один из парней, – без предисловий, вызвая дрожь во всем теле, начал говорить Данила, невольно скользя взглядом по моим неприкрытым коленкам. – Тот, которого ты в Девон сослал.
– В Англию? – ошеломленно бормочу я и ставлю малыша на землю, чтобы он собирал заинтересовавшие его веточки. – Что на видео?
Да, то что нас снимали было ужасно! Ужасно! Мало того, это могло повредить карьере Артема, уже не говоря о том, что стоит этому видео появится в сети, как отца заклюет начальство. А я? А как мне появиться перед честным народом.
– Макар требует оставить его в покое. Совсем. Снять наружку. И меня разумеется не трогать и не преследовать.
– А если нет? – шипит Артем, и мне впервые хочется его ударить за глупость. Понятно же, что будет.
– Тогда он отдаст видео мужу, с которым она явно собирается разводиться и который благодаря видео, отберет у нее сына.
