В темном лесу над затаившимисью рекой, яркий свет фонарей создает мерцающие полосы на мутной воде. Илья слушал басовитое гудение голоса в наушниках, и снова пошли за окнами поля и перелески — нищие деревеньки, где бело-красный шлагбаум терпеливая очередь: две легковушки, "Газель" и самая последняя — лошадь с подводой. Этот рассказ описывает мир, полный неожиданностей и тайны, где судьбы людей переплетаются в самых незаметных местах....
И так разное про меня говорят, и муж у меня алкоголик, безобразник, и детей нет и не будет, и с приезжими я всё время. А куда деваться-то? Все друг у друга на виду живём, как караси в банке.
– А потом? – спросила Ангел Матвея. – Потом ваша болезнь прошла?
– Прошла, но страх остался. Я всё время боюсь. Сам не знаю чего!.. Иногда это почти невозможно вынести, – он улыбнулся смущённо. – И я перестал видеть. Я пытался писать, но не получается.
– Совсем? – уточнила Ангел.
Матвей покивал. Зоя сидела на стуле, а он стоял рядом с ней и гладил её по плечу.
– Ты вспомнил свою обезьяну и шкипера, – сказал Илья.
– Я не знаю, где она, – возразил Матвей. – И есть ли вообще.
И они замолчали. Ветер бросил в окно пригоршню разноцветных листьев. Они посыпались, на мгновение прилипая к стеклу, и в комнате ещё потемнело.
– Я был уверен, что если узнаю историю картины, то узнаю историю убийства, – сказал Илья задумчиво. – И ошибся. Я всё время допускаю ошибки.
– Ты тоже не видишь, – проговорил Матвей.
Илья под столом вытянул ноги в отсыревших резиновых кедах и в разные стороны покрутил подошвами.
Все молчали. Зоя вздыхала и время от времени тёрла лицо, Ангел исподлобья посматривала на Илью и опять переводила взгляд на свои руки.
– Я не понял одного, – задумчиво произнёс наконец профессор Субботин. – Почему никто не должен был знать, что Матвей здесь бывает? И ночует? И даже пытается работать!
– Я уже давно не пытаюсь, – возразил тот.
– Так я ж рассказала, – Зоя опять насторожилась.
– Нескладная, – повторил Илья. – Да. Лилию Петровну заботила ваша репутация, Зоя?
– Да ну, – отмахнулась Зоя Семёновна. – Не обо мне она заботилась. Она за Матвея переживала сильно. Она мне тогда сказала: спасать парня надо, совсем плох.
– Совсем плох, – опять повторил Илья. – Да. – И обратился к Матвею: – У тебя в Москве жена? Или ты не помнишь?
– Я один, – пробормотал Матвей.
– Где вы с Лилией Петровной познакомились?
Матвей поморщился, как будто Илья спрашивал о чём-то неприятном, что хорошо бы поскорее забыть.
– На выставке, кажется. Кто-то её подвёл ко мне. Или меня к ней?.. Был приём, люди, все что-то спрашивали, и мне уйти очень хотелось. Так мне хотелось уйти!..
