Но прошу помнить, что основная ваша работа в больнице – это разъезды.
В десять часов утра Варя уже была на квартире Крылова – в большой комнате рубленой деревянной казармы для рабочих. Два невысоких окна, круглая печь в углу с пристроенной к ней плитой, широкая кровать, на которой помещалось всё семейство сразу. Середину комнаты занимали грубо сколоченный стол и табуретки. В комнате было жарко и душно. Сквозь замёрзшие стёкла слабо пробивался тусклый свет угрюмого зимнего дня.
Жена Крылова, ещё сравнительно молодая женщина, встретила Варю как-то настороженно и довольно нелюбезно, спросила, кого ей нужно.
– Крылова Антона Петровича, – ответила Варя. – Я из железнодорожной больницы, пришла проведать больного и оказать ему медицинскую помощь.
– Ну заходите, коли пришли, – дала ей дорогу Крылова и небрежно кивнула на табурет. – Присаживайтесь.
На другой табуретке, спиной к печке, сидел мужчина средних лет. Большие рабочие руки устало лежали на коленях. Маленькие светлые глаза, чуть прищурясь, внимательно смотрели на Варю. Усталое, в глубоких морщинах лицо было бледно. А Варя украдкой поглядывала на него, не зная, как сообщить ему истинную цель своего прихода.
– Разрешите, я отдохну немного, – обратилась она к Крылову с тем, чтобы переждать несколько минут и за это время успокоиться. – Я из Петербурга, не привыкла к здешним морозам.
– А сюда как попали? – глухо спросил Крылов.
– Выслана в административном порядке на три года, – сообщила Варя. – Теперь служу фельдшером здесь, в железнодорожной больнице.
– Что ж, бывает… – как-то неопределённо проговорил Крылов и отвернулся лицом к окну.
– Вы что же, барышня, против царя пошли или как? – покосилась на Варю его жена.
– Я… я студентка… Оскорбила профессора… меня исключили, – неуверенно ответила Варя, поражённая и обиженная тем, что её принимают здесь столь холодно и даже враждебно. А ведь она верила, что Крылов непременно революционер, что не зря она так старалась, многим рискуя, довезти это письмо.
Молчали хозяева, молчала и Варя. Эта тишина становилась всё тягостнее…
– Мне нужно осмотреть и выслушать вас, – сказала, наконец, Варя, подходя к Крылову.
– Нечего меня слушать, – не глядя на неё ответил Крылов. – Простыл малость, и всё!
– Я должна определить, чем вы больны, – более настойчиво проговорила Варя. – Главный врач потребует от меня диагноз, и если я не представлю ему историю вашей болезни, он может уволить меня… Не подводите меня, Антон Петрович, позвольте выслушать ваши лёгкие, – попросила она.
Крылов переглянулся с женой.
– Смотрите, коли это так уж нужно вам, – равнодушно произнесла женщина. – Подводить вас мы не станем.
Варя приступила к осмотру Крылова и без труда определила у него воспаление лёгких.