Судьба супруг Звонарёвых, Борейко и Блохина разворачивается после Русско-японской войны. Повествование фокусируется на жизни героев до 1916 года, раскрывая личные драмы и конфликты. Поступки персонажей влияют на их дальнейшее развитие в напряженной обстановке.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Семья Звонаревых. Том 1»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Судьба супруг Звонарёвых, Борейко и Блохина разворачивается после Русско-японской войны. Повествование фокусируется на жизни героев до 1916 года, раскрывая личные драмы и конфликты. Поступки персонажей влияют на их дальнейшее развитие в напряженной обстановке.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Судьба супруг Звонарёвых, Борейко и Блохина разворачивается после Русско-японской войны. Повествование фокусируется на жизни героев до 1916 года, раскрывая личные драмы и конфликты. Поступки персонажей влияют на их дальнейшее развитие в напряженной обстановке.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Но всё обошлось как нельзя лучше. Варя издали заметила Блохина, но прошла мимо, даже не взглянув на него. А он, вскинув руку к козырьку, стоял навытяжку перед полковником и ротмистром и всем своим существом выражал сугубо верноподданнические чувства.
Врачи сначала осмотрели Коссачёву. Она встретила их настороженно и недружелюбно. Краснушкин внимательно выслушал её лёгкие и пришёл к тому же заключению, что и Спиртов, – состояние больной не представляло опасности для окружающих, но сама-то она нуждалась в хорошем питании и курортном лечении.
– Крым считается одним из лучших курортов Европы и, я полагаю, Коссачёвой повезло, что она попала именно в Крым, – с издёвкой проговорил Саблин.
– У вас, господин ротмистр, довольно своеобразное понятие о курортах, – искоса взглянул на него Краснушкин. – Каземат – это не санаторий, а склеп – особенно для госпожи Коссачёвой.
– К сожалению, у нас к государственным преступникам слишком либеральное отношение, – недовольно промолвил Саблин.
– Вы так думаете? – удивлённо спросил Краснушкин.
– Ваш приезд – красноречивейшее тому подтверждение, – ответил Саблин.
– Странно слышать такие речи со стороны жандармского ротмистра. Сочту своим долгом довести ваши высказывания до сведения его превосходительства господина министра внутренних дел, – жёстко проговорил Краснушкин.
Саблин понял, что попал впросак, и заюлил:
– Вы меня не так поняли, господин доктор. Я отнюдь не смею критиковать действия его превосходительства. Если он находит по тем или иным соображениям допустимым ваш приезд в крепость, значит – так и надо.
Никаких жалоб и претензий со стороны Коссачёвой не поступило, зато в мужском каземате жалоб оказалось так много, что Саблин едва успевал их записывать.
– Вам, ротмистр, следует почаще бывать здесь! – сделал замечание жандарму Фирсов.
Больше всех предъявил претензий Тлущ. Он уверял, что его морят голодом, хотят загнать в гроб, издеваются над ним, его еврейской национальностью. Климов ограничился заявлением о плохой доставке писем и неожиданно для Саблина сказал, что на питание нельзя пожаловаться. Ротмистр по-своему истолковал его поведение: «Отсидел почти месяц под землей, сдрейфил, вот и запел по-иному!»
Учитель Вонсович жаловался на отсутствие газет, журналов, книг и вообще связей с внешним миром.
– У него что-то с семьей неладно, – сказал Краснушкину Саблин. – Плохие вести из дому травмируют его психику!
– Всё равно не буду писать прошения о помиловании, – неожиданно заявил ротмистру Вонсович. – Несмотря на все ваши угрозы и проделки, – не дождётесь!
– Какие угрозы? Вы что – с ума сошли?! – вскипел Саблин.
