Я стояла напротив кровати, сжимая голову руками. В комнате было темно, лишь слабое освещение подсвечивало измятые простыни на постели и мою перепачканную руку, которая касалась холодного металла замка. Чувствовалось острое напряжение в воздухе, будто сама комната дышала гневом и страхом.
Василиса хотела поднять эти очки и отдать хозяйке, но тут она пригляделась к ней и с удивлением поняла, что женщина не только не двигается, но даже не дышит.
Василиса попятилась, и в это мгновение у нее за спиной раздался озабоченный голос:
– Девушка, вы последняя в четвертый кабинет?
Василиса хотела что-то ответить, но не успела: она вдруг провалилась в глубокий черный колодец…
– Василиса, проснись! Вася! Тезка! Проснись, я тебе говорю! Да проснись уже!
Василисе снилось, что она еще ребенок и бабушка будит ее, чтобы отправить в школу.
В школу идти не хотелось, хотелось спать…
– Бабуля, дай поспать еще немножко… – пробормотала она сонным жалобным голосом.
– Да какая же я бабуля… – отозвался расстроенный мужской голос. – Плохо дело… придется «Скорую» вызывать…
И тут Василиса узнала голос своего шефа и компаньона.
Она рывком проснулась и проговорила:
– Не надо «Скорую»! Я в порядке!
– В порядке? – недоверчиво переспросил дядя Вася. – А сколько пальцев ты сейчас видишь?
Он показал ей два растопыренных пальца.
– Восемь, – проговорила Василиса. – Да шучу, шучу, дядя Вася! Два пальца я вижу!
– Шутки у тебя… – проворчал Василий Макарович. – Напугала ты меня!
Василиса протерла глаза и огляделась.
Она сидела на водительском сиденье своей машины. Озабоченный Василий Макарович – рядом, на пассажирском сиденье.
Выглянув в окно, она узнала до боли знакомый пейзаж Васильевского острова, неподалеку от их с дядей Васей так называемого офиса…
– А я шел в магазин, смотрю – машина твоя стоит, и ты в ней… то ли спишь, то ли без сознания…
– А как я здесь оказалась?
– Ты меня спрашиваешь?
– А кого мне еще спросить?
– А что, ты сама ничего не помнишь?
Василиса попыталась напрячь память, но от этого только заболела голова.
– Я тебя послал следить за твоей тезкой, Василисой… и после этого от тебя не было никаких вестей.
– Тезка… Василиса… – При этом имени у Селезневой что-то шевельнулось в мозгу – но и только.
– Где хоть ты ездила?
– Не помню…
В памяти что-то шевельнулось. Какой-то переулок… она еще хотела про него узнать…
Но тогда название этого переулка должно быть в истории поиска браузера!
Василиса достала телефон, открыла историю поиска – и сразу увидела название: Никольский переулок.
