Я стояла напротив кровати, сжимая голову руками. В комнате было темно, лишь слабое освещение подсвечивало измятые простыни на постели и мою перепачканную руку, которая касалась холодного металла замка. Чувствовалось острое напряжение в воздухе, будто сама комната дышала гневом и страхом....
– Я не верю в это, святой отец!
– Вы не верите мне, ваше величество? Мне, доверенному лицу Его Святейшества Папы?
– Нет, святой отец, я этого не сказал. Я сказал только, что вам сообщили неверные сведения.
– Кроме того, все знают, что прадед дона Жуана де Саба принадлежал к еретическому ордену тамплиеров. Еретическому и очень богатому…
– Кстати, святой отец, я вспомнил, о чем хотел с вами поговорить. Казна моя опустела, а мне, как назло, очень нужны деньги, чтобы заплатить войску. Не могли бы вы ссудить мне некоторую сумму из ваших средств?
Инквизитор развел руками:
– Увы, ваше величество, церковная казна тоже почти пуста.
– Прежде в трудную минуту я обращался к богатым евреям, и они всегда выручали меня. Но с тех пор, как я, по вашему наущению, изгнал их из королевства…
– Что вы говорите, ваше величество?! Изгнание евреев было весьма богоугодным делом, и грех сомневаться в нем! Его Святейшество Папа поздравил вас с ним…
– Я и не сомневаюсь, но деньги… мне очень срочно нужны пятнадцать тысяч реалов!"
"– Вот как… пятнадцать тысяч реалов – это очень большая сумма.
– Но это будет пятном на моей чести! Наши семьи связывает многовековая дружба!
– Но вы пополните казну и вызовите одобрение Его Святейшества Папы!
– Иногда мне кажется, святой отец, что змей, соблазнивший праматерь Еву, был доминиканцем, как вы!
– Не богохульствуйте, ваше величество!
– Но казнить одного из представителей древнейшей дворянской семьи… благородные доны королевства будут возмущены! А это пошатнет устои моего трона!
– Если это так противно вашим убеждениям, вы можете не казнить его, но изгнать из пределов вашего королевства.
– Малую часть?
– Разумеется.
– Вы и правда истинный змей-искуситель!
В трубке зазвучал сигнал отбоя, и наступила тишина. Василиса еще какое-то время сидела молча, словно ждала, что сестра снова позвонит и объяснит смысл этого странного звонка.
