В этом драматическом произведении описывается невероятное путешествие одного парня по стране, забравшего его в неволю. В пути он управляет всеми делами и встречами, скрываясь от множества задач, чтобы встретиться с своей любимой — женой, которую он несет на руках уже год, словно время было на одну ночь....
Как только протянул столько лет и дней без нее? Без своей девочки. Как поверил, что вообще смогу существовать где-то параллельно?
Все демоны на душе проснулись от радости. Всем сразу захотелось взять свое. Не размениваясь на метры до кровати, распластать прямо здесь в коридоре. Брать... Чтобы охрипла и ослабла. Чтобы припечаталась ко мне намертво. Каждой клеточкой стала моей. Пропиталась всеми желаниями и близостью.
Забыла других. Стерла из прошлого и настоящего чужие лица.
Крышу рвало в щепу.
Ума не приложу, как сдержался и не порвал оставшиеся на Лере тряпки.
Руки вслепую шарили по телу.
Трогали.
Стискивали.
Распутывали узлы и расстегивали петли.
Сминая сопротивление, тянули вниз ткань. И укрывали пальцами вместо одежды самое сокровенное.
Не желание это было, а чистая одержимость.
Ничего за пять лет из души не вытравилось. Как тогда не мог сопротивляться этой тяге, так и сейчас не получалось.
Ладони жгло от холода кожи. Атласной. Нежной. Чувствительной.
Мышцы скручивало от напряжения.
— Девочка моя совершенная, — как в бреду, нес я какую-то чушь.
— Господи, как я по тебе соскучился. — Губами вслепую изучал изгибы. Более крутые, чем раньше. Убийственно женственные.
— Нереальная. Сладкая. — Шалел от запаха.
Наверное, не нужно было так спешить. Я и не планировал. Хотел цветами, ресторанами, поцелуями возвращать себе свою Леру.
Честно собирался хоть раз устроить своей девочке настоящий конфетно-букетный период.
Как последний идиот, каждое утро посылал новые цветы. Знал, что не примет.
А теперь все в тартарары летело. Невозможно было устоять.
Эти ее слезы...
Это отчаяние...
Хотелось стереть все плохое из мыслей и из памяти. Наполнить хорошим. Заполнить...
Присвоить ее.
Вернуть.
Выжечь из прошлого все пять лет и тот дурацкий вечер, когда я принес документы на развод. Чтобы снова увидеть радость от встречи. Сказать не «Прощай», а «Привет». Унести в спальню и расплатиться за все одинокие ночи.
Долго.
Жарко.
Как любит.
Как я люблю.
— Не было и дня, чтобы я о тебе не думал. — Признаваться получалось легко.
Крышу уже не рвало... Она летела в пропасть. А вместе с ней летела и вся осторожность. Как мусор. Лишнее. То, что нам больше не понадобится.
— Я словно в первый раз."
"Леру трясло. Она упиралась ладонями мне в грудь. Отталкивала, а потом гладила. Жадно, словно одного этого достаточно для счастья.
— Первый тоже был со мной. Это не страшно. Помнишь?
Я перехватывал ее ладони.
