Автор
В кромешной тьме свечка пламенеет, выхватывая в темноте обнажённое мужское тело на скамье. Я ойкнула и тут же прикрыла рот ладонью. Обнажённый несгибаем — даже если краснеют щеки так, что могут осветить камеру лучше свечи, я сильнее прислужника темного бога.
— Молитва?
— Да все! Ты же знаешь, кого я просила…
— И не желала избавления? Не молилась даже про себя?
— Да, но…
— Значит, молитва была, — констатировал он. — Что там дальше, по-твоему, не так? Демоны? Если Господь всеведущ и всемогущ, то как бы они появились без его попущения?
Я хватанула ртом воздух. Как Дитрих умудряется все ставить с ног на голову?
— Или хочешь сказать, будто ты нечиста и порочна? — не унимался он.
— Ах ты…
Он расхохотался, и все, что мне оставалось, — беспомощно ругнуться.
— Так что я рассказал людям чистую правду… С определенной точки зрения, — подытожил он, выкладывая на стол из своей корзины куриную тушку.
Я поставила свою корзину на сундук, торчащий из-под стола, и начала раскладывать пучки зелени.
— С определенной точки зрения?
— Конечно. Очень многое меняется вместе с точкой зрения. Взять хоть демонов. Точнее, историю их появления. Казалось бы, все очевидно, но, если копнуть глубже, все оказывается не таким как считалось.
Эту историю знали все, и вряд ли что-то могло изменить ее.
— Сейчас ты скажешь, что Ютта — невинная жертва, а во всем виноват Гервин, — не удержалась я от издевки.
— Как там у вас, светлых, говорят? Даже самые могущественные маги бессильны перед женскими чарами? — без тени улыбки произнес Дитрих, а я почему-то смутилась, как будто речь шла не о давно умерших людях и делах минувших дней.
— А у вас, темных, говорят не так? — огрызнулась я.
Глава 18
— Не знаю, насколько невинной жертвой она была, но у нас говорят, что Ютте было семнадцать, а Гервину — тридцать пять.
Дитрих смотрел на меня все так же серьезно и спокойно, и не поверить было невозможно. Я попыталась вспомнить, сколько было Ютте в той версии легенды, которую слышала я, — и не смогла. Неужели та, что едва не погубила наш мир и обрекла его на нашествие демонов, была младше меня?
— По большому счету, нам, живущим сейчас, уже неважно, кому на самом деле из этих двоих захотелось сравняться мощью с богами, — продолжал Дитрих.
Конечно, он был прав, ведь ничего уже не изменить. Но я вдруг поняла, что хочу знать ответ.
Можно ли в семнадцать обладать силой, которой нет равных? Наверное да, в конце концов, лишь боги отмеряют дар, что достается магу. Но можно ли владеть силой так, что ее мощь очевидна всем? В этом я уверена не была.
Господь не обделил даром и меня, но я прекрасно сознавала, что придется еще очень много и долго учиться, чтобы развить его в полной мере.
