В кабине офицера Громова завязывается скрытая войной драма: между нежданной удачей и опасностью, страстями и рисками. Петер Михайлович не верит в чудес, но неожиданная встреча с бывшим другом заливает его сердце новыми чувствами — отчаянием, надеждой и таинственностью....
Отсюда и неизменные лишние килограммы.
Отказываться от сладостей и фруктов Ольга не стала. Принесли — будет есть. Саше тоже кое-что перепало.
Сначала Оля хотела отмолчаться, но совесть не давала покоя, и девушка под вечер отправила сообщение Петру.
«Спасибо за фрукты и конфеты».
Пока она смотрела на телефон в ожидании ответа, снова разволновалась. Это неправильно. Нелогично.
Оно ей надо?
Не надо.
«Не за что».
Таков был короткий ответ мужчины.
И всё.
Оля успокоилась уже ночью, ближе к одиннадцати.
Хорошо бы.
Чувствовала она себя неплохо. Головокружений почти не было. С правой сломанной рукой ситуация складывалась куда хуже.
Приятное известие неожиданно пришло от троюродной сестры, которая позвонила ближе к обеду.
— Вик, рада тебя слышать, — Оля не кривила душой.
— Я сразу к делу. До меня тут слухи кое-какие дошли…
— Да?
— Угу. Виталик звонил… С раннего утречка.
У Вики с Виталей отношения не заладились с первого взгляда. Такое бывает. Вроде бы люди только познакомились и ещё не успели сделать друг другу ничего плохого, а антипатия вспыхнула, и ничего поделать не могли. Причем оба в этом спокойно признавались. Друг другу, кстати, тоже. Задевали, но в пределах нормы.
— Что хотел? — вздохнула Оля.
— То и хотел, — фыркнула Вика. — Спрашивал, не гостишь ли ты у меня. Интересный вопрос, сестренка, не находишь?
Оля повторно вздохнула.
— И? Чего молчим?
— В двух словах не расскажешь.
— А мне спешить некуда! Вернее, как. У меня есть целый час, и я готова его тебе посвятить.
— Часа нет у меня, — Оля кинула взгляд на Сашу, которая пыталась раздеть Чиполлино и посмотреть, что скрыто под одеждой мягкой куклы.
— Можно лаконично."
"— Если лаконично: я на днях вернулась от мамы домой, застала Виталика на голой девке, он сорвался, ударил меня, я прыгнула в машину, рванула в ночь непонятно куда, остановилась в неположенном месте, потому что Саша раскапризничалась и устроила знатный ор в салоне.
— Оооохренеть.
— Угу.
