В кабине офицера Громова завязывается скрытая войной драма: между нежданной удачей и опасностью, страстями и рисками. Петер Михайлович не верит в чудес, но неожиданная встреча с бывшим другом заливает его сердце новыми чувствами — отчаянием, надеждой и таинственностью....
В висках запульсировало с удвоенной силой, соски заныли, отзываясь сладкой болью.
Петр нарочито медленно толкнулся вперед, прижимаясь плотнее.
Оля пискнула в губы Петра, не заметив, как царапает короткими ноготками футболку на мужчине.
И в этот момент раздался телефонный звонок. Рингтон был чужим. Значит, звонили не ей.
Петр, глухо застонав, оторвался от губ Оли.
Но слезать с неё не спешил.
Дышал, опаляя кожу, и едва заметно улыбался.
— Валентина Игнатьевна прибыла. Пойдем встречать.
глава 15
— Ольга, поспите.
— Нет-нет…
— Поспите, я говорю. Чего вы переполошились…
— Не знаю. Мне… Мне неудобно. Вы с Петром договаривались об одной ночи, а задержались у меня и на день.
— И что? — Валентина Игнатьевна задорно хмыкнула. — Спрошу с Петра Михайловича двойную оплату, делов-то. Ольга! Да шучу я! Что же вы все воспринимаете настолько буквально? И это ещё одна причина, почему я вас сейчас же отправлю спать. Возражения не принимаются. Договорились?
Оля собралась уклониться от ответа, но натолкнулась на якобы суровый и не поддающийся переубеждению взгляд женщины.
Валентина Игнатьевна ей сразу понравилась. Как только женщина вошла в квартиру и шутливо поинтересовалась: неужели доблестный генерал Громов не сможет в одиночку справиться с мелким карапузом? Оле с трудом удалось скрыть смешок, рвущийся наружу. Приятно видеть человека, который не стелился перед Петром.
Тот показушно признался в своей слабости, но быстро перешел на серьезный тон и обрисовал ситуацию с травмой Оли, не вдаваясь в излишние подробности.
— Поняла, — кивнула Валентина Игнатьевна, более не задавая лишних вопросов. — Где у вас можно руки помыть?
Валентина Игнатьевна была невысокой, полноватой женщиной не старше пятидесяти пяти. Ухоженная, в меру строгая. Она носила очки и модную короткую стрижку.
— Я домохозяйка в имении Петра Михайловича, — утром сообщила она, готовя смесь для Саши.
Оля едва не подавилась чаем.
— В имении?
Ночь прошла относительно спокойно. Сашулька просыпалась два раза.
— Угу. Поместье у него имеется.
— Вы, наверное, имеете в виду загородный дом? — осторожно уточнила девушка.
Валентина Игнатьевна довольно хохотнула.
— Не-е-е, деточка, именно поместье. Ольга, если я перейду некую черту и вам будет казаться, что я слишком фамильярна, одерните меня. Я давно работаю на Громовых.
